Лысеющий сказал:
– Вы должны будете это исправить, Mademoiselle. Как только вернетесь в Англию.
– Хорошо, - послушно сказала я.
– Ладно, исправлю. Первым же делом.
Лысеющий -
по-моему, его звали Пейрол, что-то вроде этого - забрал у меня паспорт и дал мне другой: тонкий гостевой паспорт. Я открыла его. И чуть не рассмеялась. С разворота на меня смотрела совсем недавняя фотография Крис. Я её мгновенно узнала. Светлые крашеные волосы колечками, лицо более худое и резкое, чем на раннем снимке. Она улыбалась. Слева на странице я прочла: Катрин Анжела Хьюис. Возраст - 30 лет, прочла я. Особые приметы - не имеет.
– Это та самая девушка, которую вы подвозили?
– спросил Пейрол.
– Да, - сказала я.
– Это она.
– Это была первая серьезная ложь. Потом маленький, симпатичный произнес нечто настолько непонятное, что мне ничего не оставалось, кроме как продолжать врать.
– Теперь о деньгах, - сказал он.
– Расскажите нам о деньгах.
– О деньгах?
Глаза его стали острыми, как булавки. Скуку с него как ветром сдуло. Все его внимание было сосредоточено на моей особе.
– О деньгах в машине.
– Каких деньгах?
– тупо повторила я ещё раз.
– Мы нашли огромную сумму английских денег, спрятанных в вашей машине.
– Это была не моя машина.
Я её наняла.
– Спрятанную в нанятой вами машине.
– Я ничего не знаю ни о каких деньгах.
Они смотрели на меня, явно не веря. Они ждали, чтобы я им ещё что-нибудь сказала, но я понятия не имела, что сказать, и потому просто повторила:
– Я ничего об этом не знаю.
Темноволосый коротышка фыркнул и что-то быстро пробормотал по-французски.
Пейрол перевел:
– Вы пытаетесь сказать нам, что это не ваши деньги?
– Конечно, не мои.
– Так вы предполагаете, что эта девушка, которую вы посадили в свою машину, эта Катрин Хьюис, что она прятала 20 000 фунтов стерлингов в багажнике нанятой вами машины? Двадцать тысяч в аккуратной банковской упаковке?
В таком изложении это действительно звучало неестественно. Я понимала, почему они с трудом мне верят.
– Должно быть, так и было.
Я была удивлена не меньше них. Мне показалось, что это не в её стиле, для Крис скорее подошли бы международные мандаты (аккредитив) (доверенность, имеющая силу заграницей) и банковские чеки. С другой стороны, а что я вообще знала о её стиле? Возможно, она частенько разъезжала по стране с двадцатью тысячами в банкнотах, и в этом случае ей нужно было где-то их прятать.
– Где вы её посадили?
– В Париже, за чертой города.
– В какое время?
– Сколько у неё было багажа?
– Она проявляла нервозность?
Вопросы сыпались один за другим. Было раннее утро, сказала я. Около шести. У неё был при себе один чемодан, солгала я. Они кивнули друг другу и перебросились парой фраз по-французски, из которых я поняла, что паспорт был найден в la vasile rouge37.
– Верно, - сказала я.
– Он был красный.






