Странная штука — едва ты понял, что способен что-то сделать, это становится осуществимым.
Остаток пути он проделал пешком, и окружающая тьма уже нисколько его не беспокоила. Когда он открыл дверь на площадку десятого этажа, на него с воем налетел ветер, но он лишь усмехнулся и прошел по короткому коридору направо, к квартире пожилых супругов. Сначала они не хотели открывать, и ему пришлось долго их уговаривать, объясняя, что у него к ним официальное дело. Старуху он прикончил первой, использовав для этой цели швабру, которая стояла в прихожей. Сбив старуху с ног, он до упора засунул ручку швабры ей в глотку. Со стариком, и не подумавшим прийти жене на выручку, а притаившимся в спальне под кроватью, ему пришлось повозиться довольно долго. Смотритель расхохотался, прошлепав по вонючей луже, растекавшейся из-под кровати, вытащил оттуда старика и, наслаждаясь его каркающими воплями, поволок на кухню, где было так много безобидных орудий убийства. К сожалению, сердце его жертвы отказало раньше, чем была закончена работа, но он все равно успел получить массу удовольствия. Мочиться в лифте старик больше уж не будет. Никогда.
Смотритель сидел возле еще теплого трупа и блаженствовал: отныне он волен делать все, что ему заблагорассудится, и открывать все новые и новые запретные ощущения. Свобода пришлась ему по вкусу. Через
некоторое время внизу взорвался грузовик, и небо за окнами озарилось оранжевыми всполохами. Смотритель выбрал один из окровавленных кухонных инструментов, вышел на площадку и замер в ожидании.
Еще не увидев его, Эдит Метлок ощутила его присутствие. Она уже почти дошла до конца лестницы, как вдруг остановилась: ее разум перестал воспринимать крики и шум борьбы, доносившиеся снизу, и сосредоточился на том, что находилось впереди. Продолжая цепляться одной рукой за поручень и опираясь коленом о ступеньку, она медленно посветила фонариком вверх — медленно, потому что смертельно боялась того, что должен был осветить луч: интуиция подсказывала ей, что это будет нечто ужасное. Показались ноги, колени, торс. Человек был в синем рабочем комбинезоне, и когда луч фонаря скользнул выше, она увидела в его руках окровавленный кухонный нож с коротким лезвием, каким обычно разделывают мясо. Человек ухмылялся, но его зубы и рот были в крови, кровь текла по его подбородку. Весь его комбинезон был забрызган кровью. Она поняла, что это безумец, и закричала, когда он спустил ногу на одну ступеньку.
Первый взмах маленького ножа не попал в цель, поскольку смотритель был ослеплен светом фонаря, но второй рассек ее поднятую для защиты руку. Рука сразу онемела, словно по ней ударили не режущим инструментом, а молотком. Эдит покачнулась, и луч фонарика, который она держала в другой руке, запрыгал по потолку и стенам.






