Да тут любой чеченец за триста фальшивых долларов может сделать свое дело! А вы, козлы винторогие, не посчитали, во что все это обошлось? Ведь все эти урки, эти убийцы и маньяки, вы что думаете – они нам даром достались? Так я вам напомню, если кто забыл. За каждое туловище деньги плачены. Обществу нужно, чтобы они в пожизненном корячились, чтобы их по телевизору показывали, как они при стуке в дверь крестом к стенке вскакивают. А мы их выкупили и тем самым освободили от горькой участи. Выкупили, бля! Каждого! Заплатили везде – в прокуратуре, в ГУИНе, в министерстве… Вы, пидары, кроме денег, ничего не понимаете, так я вам на денежном языке все сейчас и разжую.
Гаврилыч умолк и, переведя
дух, бросил взгляд на спеца в сером. Спец мигом оказался рядом и налил Гаврилычу еще одну рюмаху.
Гаврилыч выпил водку и, утерев губы на этот раз просто рукой, продолжил:
–
Ты! – И он указал коротким морщинистым пальцем на зажавшегося в кресле толстяка. – Ты у нас по финансам, поэтому завтра же предоставишь мне смету.
Толстяк быстро закивал, но Гаврилыч, погрозив ему все тем же пальцем, сказал:
–
Ты еще не знаешь, что будешь складывать и умножать. И я тебе сейчас объясню. Поскольку еще три года назад все это было затеяно ради пяти минут, которые позавчера прошли впустую, посчитаешь мне…
Он задумался на секунду и потом начал быстро перечислять:
–
Строительство и содержание спецзоны, которая сгорела. За все три года. Вместе со всеми зарплатами, накладными расходами, кормежкой и прочим. Транспорт и все прочее имущество. Спецчасть, где этих зомби готовили.
По той же схеме – за все время. Строительство, содержание и все остальное. Все зарплаты, премии, каждую бутылку водки для лесорубов посчитаешь. Потом – все деньги, заплаченные за туловища. Все взятки, все непредвиденные расходы, короче – все, до последней копейки. Чтобы все было в ноль. Понял?
Толстяк снова закивал.
–
И эти деньги, – Гаврилыч обвел взглядом гостиную, – эти деньги, а их там ой сколько получится, разделишь на всех, кто здесь есть. И вы, обсосы, принесете эти деньги мне. Сюда. В эту комнату.
Считать деньги умели все присутствовавшие, поэтому счетчики в их головах мгновенно показали сотни миллионов долларов, которые, даже будучи разделены на всех, внушали почтение. В гостиной поднялся ропот. Один из генералов, то ли осмелев, то ли потеряв от неожиданности осторожность, воскликнул:
–
Так ведь, Гаврилыч, это ж такие суммы получаются!
–
Молчи, гандон, – прошипел Гаврилыч, угрожающе подавшись в его сторону, – а не то я тебе лично маслину в лобешник организую! Урод! Суммы ему не нравятся! Суммы там получаются никак не больше, чем ты за свою жизнь наворовал. Так что заткнись.






