Внутри оказалась резная деревянная коробочка, исписанная какими-то иероглифами. Открыв ее, Патриция невольно заморгала. Перед ней сверкала россыпь бриллиантов. Осторожным движением руки она извлекла из шкатулки ожерелье, которое когда-то сама пожертвовала на больницу, руководимую Томом, на благотворительном обеде в его честь. Здесь же она обнаружила короткую записку.
«Мне очень жаль, что я не доверял вам настолько, чтобы открыть свою главную тайну. Она казалась мне слишком мрачной, чтобы извлекать ее на свет. У меня не хватило смелости – но тем самым я обидел вас, обидел ту, которая менее всего этого заслуживает. Простите меня, если сможете.
Вы дали мне это в знак любви. Любовь – бесценный дар. Примите, пожалуйста, и мою любовь тоже.
Том».
КАРТАКСО,
ПОРТУГАЛИЯ
– Какого черта ты тут околачиваешься? – заорал Эмилио.
Мигель никак не отреагировал на его возглас. Поглощенный собственными мыслями, он мерял шагами грязную тропу, окружающую переполненный загон для быков. Запертые там звери рассерженно ревели.
– Мигель, ты слышишь меня? – не отставал Эмилио.
– Толпе это вроде бы нравится.
– Что за вздор! Да здешние жители просто ошалели от радости из-за того, что к ним, в маленький занюханный городишко, приехал сын великого Пауло Кардиги. А какого дурака он из себя строит – на это им наплевать.
Мигель через плечо смерил друга убийственным взглядом.
Но тот заговорил еще громче:
– Смельчак какой выискался. Не удостаивает быка взглядом, вступая с ним в прямой контакт! Он мог тебя изуродовать!
Мигель остановился и, перегнувшись через массивную бетонную
стену, заглянул в загон, где беспрестанно колыхалась обтянутая черной шкурой мышечная масса.
– Но ведь не изуродовал, – хладнокровно возразил он.
– Скажи спасибо Ультимато! Только он и обратил на быка хоть какое-то внимание!
Мигель заскрежетал зубами.
– Кончай болтать ерунду! Что тебе от меня нужно?
Эмилио собрался с духом.
– Мне нужно, чтобы ты работал с быком, точь-в-точь как у меня в поместье. Как ты работал, когда глаза твоего отца сияли гордостью за сына!
– Он следил за тем, как я сижу на коне. Быка он, думаю, просто не заметил.
– А сегодня, как мне кажется, не заметил быка ты сам! Мигель повернулся лицом к другу.
– Эмилио, когда я задумал вновь принять участие в корриде, мне казалось, будто все будет, как в доброе старое время, – но мне не восстановить своих былых ощущений. Они просто… как бы тебе сказать… исчезли.
– Ах ты черт! Это еще что за напасть! Твои ощущения вернутся к тебе, когда ты сумеешь сосредоточиться на том, чем занимаешься.
На минуту в разговоре возникла напряженная пауза.
– Мигелино, умоляю тебя… В ближайшую
пару недель постарайся все-таки сосредоточиться на них. – Эмилио указал на быков. – Это твои враги.






