— Но вдруг это колдовство не выдержит целую ночь… Так-то надежнее.
Он оглядел келью. Кроме огня в камине ничего не двигалось. Усмехнувшись про себя, Конан вышел и тщательно закрыл за собой дверь, чтобы не выпустить в холодный коридор ни капли согретого воздуха. Собрав в своей келье вещи, он вернулся к Соланне, разложил свои одеяла на полу у камина, закутался в них и через мгновение заснул.
Услышав сквозь сон шелест материи, Конан мгновенно вскочил на ноги с рукой, положенной на меч. Соланна подпоясывалась широким разукрашенным ремнем, на котором был прикреплен ее волшебный меч.
— Выспалась? —
пробурчал Конан.
— В общем, да, но с удовольствием бы еще повалялась, — мечтательно ответила девушка.
— Придется тебе с этим подождать, — заворчал киммериец.
Соланна перевела взгляд с Конана на ворона и испуганно вскрикнула:
— Ты заходил в круг?
— Нет, — покачал головой Конан. — Я вытащил его оттуда, а потом снова положил.
На позеленевшее от страха лицо девушки вернулась краска. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула.
— Это могло тебя убить, — проговорила она, наконец успокоившись. — Это было очень сильное защитное колдовство.
— Может быть, никакое колдовство на меня не действует, — ухмыльнулся киммериец.
— Я не уверена в этом, особенно, когда вспоминаю о лабиринте, — отрезала Соланна и дерзко взглянула в его нахмуренное лицо.
Конан отбросил одеяло и встал.
— Что ты вчера от него узнала? — спросил он. — Ты уснула так быстро…
— Это оказалось очень утомительным, я прежде этого никогда не делала, — пожала она плечами. — Это на самом деле Хинневар. Сунт-Аграм послал его на разведку, как ты и предполагал. Мой отчим хочет знать о нас все. Он не хочет еще раз попасть в ситуацию, подобную той, что настала в его собственной сокровищнице.
— Значит, он докладывал о нас Сунт-Аграму… — сказал задумчиво Конан и хмуро посмотрел на ворона. — Мы должны это использовать. Но как?
— Он утверждал, что Сунт-Аграм появится здесь через два дня. Но я ему не очень верю. Он пытался угрожать мне этим. Он верит, что Сунт-Аграм его освободит. Против него у нас нет шансов…
— Ясно. Когда он говорил с ним в последний раз?
— Два дня назад. После того, как он следил за нами в Прандаре. И якобы Сунт-Аграм очень обрадовался, узнав, что я лишилась девственности. Благодаря тебе, — многозначительно добавила она.
— Это как? — непонимающе
проговорил Конан и оперся о кровать.
Та заскрипела под его весом.
— Он говорил, что видел это собственными глазами.
— Ага, — Конан стукнул себя по лбу, — он спутал тебя…
Он широко улыбался, так что глаза превратились в узкие щелочки.
— Я думала, ты будешь достаточно осторожен, чтобы не подпускать шпионов к собственной постели! — сердито крикнула Соланна.






