– Вероятно, я должна быть за все благодарна Виктору и как-то проявлять признательность, – соглашалась Мария. – Но я не могу! Возможно, если бы он не был так агрессивен и ревнив, я относилась бы к нему более благосклонно. Он же, однако, позаботился о том, чтобы я потеряла к нему всякое уважение. Но на его стороне только одно преимущество – дочь, которое, впрочем, не дает ему никаких прав на меня.
Фернандо, обеспокоенный тем, как Виктор удручающе влияет на Марию, попытался кое-что объяснить своему не в меру ретивому сопернику:
– Мария привыкает заново к своему дому, к своему миру, ей нелегко преодолевать барьер памяти. Нельзя поэтому требовать от нее многого, с этим нужно примириться и набраться терпения. Пойми, что ваша прежняя связь для Марии сейчас не имеет никакого значения: она об этом попросту не помнит. Даже то, что Лули – твоя дочь, в сознании Марии – всего лишь абстрактная информация, которую ей приходится принимать на веру. Я понимаю, что тебе больно это признать, но сейчас ты находишься в равном положении со всеми прочими соперниками. Шансы одинаковы у всех, а кого выберет Мария – одному Богу известно. Во всяком случае, не меня, это я знаю точно.
Виктор вздыхал, но был уверен в порядочности доктора Торреса и не рассматривал его как серьезного претендента на руку и сердце Марии. Опасными соперниками Виктор считал графа де Аренсо и адвоката Идальго, за которого Мария уже однажды собиралась выйти замуж.
Опасения Виктора подтвердились на следующий день, когда он, войдя
в гостиную к Марии, услышал журчащий голос адвоката Идальго:
– Ты была в отчаянии, потому что не знала, где твоя дочь. Но теперь она с тобой. Только не говори, что в новой жизни ты опять стала интересоваться своим бывшим мужем… Сейчас самое подходящее время, чтобы решить все… Я бы с радостью стал твоим спутником жизни… и отцом для твоей дочери…
Вот тут-то и вошел явно не вовремя Карено.
– Единственный отец этой девочки – я! – гордо заявил он.
– Признайся, Виктор, признайся, ты проиграл! – стал дразнить его адвокат.
– Нет, я только начинаю бороться!.. – воскликнул Виктор и бросился к Марии:
– Этот несчастный должен в конце концов понять, что рано или поздно мы с тобой снова поженимся!
– Тебе этого очень хочется, но она тебя уже не любит! – подлил масла в огонь Рафаэль.
Это явилось последней каплей… Виктор схватил адвоката за лацканы пиджака, потом ударил в плечо, потом… Потом у Марии все помутилось в глазах.
– Хватит! Довольно! – закричала она. – Мне надоели ваши споры! Мой дом – не поле сражения, не забывайтесь! Оба… А ты, Виктор, ты просто… дикарь и грубиян!..






