32
На пир я оделся во всё черное как законченный злодей. Жуткая тишина повисла в зале, переполненном яркой толпой и гудевшем как улей, когда я вошел и сел на свой трон рядом с королем.
— Ну? — спросил я, наклоняясь вперед и горько смеясь в душе, — что же вы затихли?
Тогда по залу пополз осторожный шепот. Все приближенные
короля стояли рядом: огромный Мезиа в красно-лиловом костюме с золотыми цепями на выпуклой груди; строгая некрасивая Норелла Навская со своим кавалером; Эсхильо, сонно-обрюзглый, но одетый модно и элегантно, благодаря своему портному; сам герцог Навский в кресле по левую руку от короля, весь в кружевных брыжах и бантах на позолоченном камзоле; темно-синий с серебром Сетвин, незаконнорожденный гардеробщик, жук-могильщик, отличный собутыльник, преданный друг, но еще более преданный сын… только Альфина не было.
Я высматривал его с замирающим сердцем, я находился в самому себе противной тоске по нему и упорно не хотел думать о нем в женском роде. Впрочем, если б эта девица, устроив неизбежный скандал, осмелилась явиться сюда в женском платье и положила конец затянувшейся пошлой комедии, я бы простил ее. У нас не было бы прежней дружбы и доверия, тем более любви, но я бы ее простил!
Он
явился, когда уже рассаживались за столы. В мужском костюме, ослепительно белом, перламутровом, позолоченном, изящно облегающем его стройную фигурку, на которой непостижимым образом отсутствовала женская грудь. Он как всегда сиял и улыбался, он был вполне счастлив, что задело меня еще больше. Его шутки неслись через весь стол, и, казалось, все только его и слушают.
Кто бы он ни был, он облегчил мое положение. Все забыли про мрачного наследника и смотрели только на него, право, было на что посмотреть. Альфин был неподражаем, и мне хотелось запустить в него индюшачьей ногой или пустой бутылкой.
Во время танцев ко мне подошел Мезиа с куропаткой на подносе, от которой он отщипывал кусочки и клал в рот. Аппетит у Советника был отменный. Я стоял, привалясь к колонне и хмуро следил за танцующими парами как демон из преисподней.
— Осложнения только с королевской гвардией, — заявил Советник, привалившись рядом, — они считают, что вы ничем не лучше своего отца, но можете быть и хуже.
— Как я могу им доказать? — усмехнулся я.
— Жениться.
— Если
я женюсь, король убьет меня раньше.
— Вам придется убить короля. Вы сможете?
— Я?
— Я это говорю, потому что кроме вас не сможет никто. Это уже проверено. Или вы думаете, никто не пытался?..
Он спокойно обгладывал птичью ножку.
— Я попытаюсь, — сказал я, — если не убить, то хотя бы обезвредить его. Дайте мне несколько дней, Советник.
Он отошел напевая.






