ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Искатели, Автор - Васильев Михаил Иванович, , Жанр - Прочий юмор, Юмор. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Искатели Васильев Михаил Иванович Искатели, Автор - Васильев Михаил Иванович, , Жанр - Прочий юмор, Юмор. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Сказка для студенческого возраста Приключения на Земле. В Петербурге В этом большом и необычно высоком кабинете было сумрачно от темных дубовых панелей и обилия такой же мореной временем мебели. Этим летним утром солнечные лучи исчезали здесь, в дубовом викторианском полумраке. Хозяин кабинета профессор Кент сидел за столом рядом с недействующим сейчас камином. "Системное решение вопроса о статусе археологии, как науки…" — написал он и остановился, будто перестал понимать, о чем пишет. "Лет двести, а может триста решают, и всё решить не могут, — подумал он. — Вот теперь и я взялся". Профессор Кент был моложавый или просто еще молодой человек, похожий непонятно на какого актера из старинного кино. С коротким кривым носом и правильным породистым лицом, из тех, которые нравятся женщинам. Сейчас здесь ничего не двигалось, не шевелилось, и стояла полная тишина. Только едва слышно скрипнуло кресло. Наследственное почти кресло декана Археологического факультета Петербургского университета, деревянное, жесткое, с высокой резной спинкой. Где-то хрипло зашипели и стали бить часы, неторопливо, будто время тут текло по-особому медленно. Здесь и думать хотелось как-то неспешно, в старинно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Железный старик сунул в замочную скважину установленный у него на месте указательного пальца короткий кривой нож для чистки картофеля.

— Из хорошего во мне только мозг и

остался. Электронный, — напряженно бормотал Титаныч.

Сначала показалось, что где-то в воображении возник тихий, а потом явный уже, все более нарастающий шум. Как будто накатывался долгий вой, стон и треск. Дверь тарелки словно лопнула, прямая трещина постепенно становилась щелью. Медленно, будто во сне, гигантская плита металла стала отодвигаться в сторону. Хлопьями посыпалась ржавчина.

— Вот так! — крикнул Титаныч. — А кто-то говорил…

Всё содрогнулось. Осыпался и пополз песок под ногами. Вдруг оказалось, что лежащая на песке Диана приподнялась. Непонятно, что она ощущала, глядя на открывающуюся дверь.

— Что бы вы без меня делали! — продолжал кричать Титаныч. — А ты, Платон, еще хотел меня дома на кухне оставить.

***

Тарелка изнутри была поразительно похожа на "Обсидиановую бабочку" — еще ту, до всех ремонтов, когда они впервые ее увидели. Казалось, что они опять очутились то ли в том же самом месте, то ли в том же времени. Ошеломили только многовековые грязь и запущенность вокруг них.

— Вот это грязь! — заговорил Платон. Свет его фонаря блуждал вокруг него. — Форшмачно тут, как сказал бы Конг. Будь он здесь.

И тут же умолк, будто упомянул о чем-то постыдном.

— Я вместо него скажу, — с неудовольствием в голосе произнесла Диана. Оглядываясь, она вращала круглой металлопластиковой головой.

Кукулькан уходил вперед, уверенно опуская рычаги знакомых рубильников, что-то переключал и на что-то нажимал.

Показалось чудом, когда завыли насосы преобразователей, накачивающие кислород.

— Ну вот, — произнес Титаныч. — Есть кислород. Значит, и вода тут внутри есть.

— Живая оказалась тарелка, — сказал Платон. — Работает все.

В коридоре, где они стояли, медленно стал возникать

свет.

Платон, наконец, снял шлем и сам почувствовал застоявшийся смрад, скопившийся в скафандре.

— Скафандры эти не приспособлены, чтоб столько дней их носить, — смущенно, будто оправдываясь, сказал он.

Кажется, еще он был измазан соплями, которые невозможно было утереть всё это время.

Все с явным облегчением стали освобождаться от шлемов. Впервые за много дней они видели лица друг друга, неожиданно сильно изменившиеся. На похудевшем теперь личике Дианы с заострившимся треугольным подбородком появились веснушки, которых раньше не было.

Платон с болью увидел, что ее всегда сияющие волосы, сейчас растрепанные и даже всклокоченные, потускнели, будто присыпанные пылью.

— Никогда не знала, что такое обморок, — тоже стала оправдываться Диана. — Голова закружилась и дальше не помню. Очнулась и не пойму, где я.