Под конец Томо уже не могла сделать шага без передышки. Открыв решётчатую дверь, она буквально рухнула на приступку и замерла, не в силах произнести ни слова.
Суга вышла поприветствовать её, но Томо даже глаз не подняла, только пошевелила рукой и прошептала:
— Горячей воды…
Шаль Томо покрывал густой слой снега. Суга оторопела. Она принесла горячей воды и заглянула Томо в лицо. Оно было нездорово-жёлтого цвета и усеяно каплями пота.
— Что случилось? Госпожа…
— Ничего не случилось, — ответила Томо, не открывая глаз. — Просто немного устала. Пожалуйста, не говори хозяину.
В тот вечер
она легла рано, однако утром поднялась как обычно: она помнила, что к ним приезжает Эцуко. Она не может болеть, пока дочь здесь. Томо страшилась, что уже не поднимется, если ляжет в постель. Эта ужасная мысль вернула силы в её усталое тело.
Муж Эцуко, Синохара, стал очень известным юристом. Отношения с женой сложились прекрасные, к тестю и тёще он проявлял почтительность, так что даже Юкитомо, на чём свет клявший родного сына Митимасу, отдавал дань уважения зятю. Он редко возражал Синохаре, возможно, из соображений мужской солидарности. Если Томо была не в силах сама решить какую-то проблему, она давала знать через Эцуко Синохаре, и тот улаживал дело с Юкитомо.
Эцуко никогда, даже в юности, не отличалась особым кокетством и была прекрасно воспитана. Её брак не принёс ей таких страданий, как Томо, так что даже сейчас, достигнув среднего возраста, она сохранила девичью скромность, чистоту и открытость. Временами Томо казалось, что это счастье боги ниспослали взамен её терзаниям, но порой её охватывало разочарование. Когда Томо сетовала на домашние трудности, в частности, на отношения Юкитомо и Суги, Эцуко отвечала коротко и не слишком сопереживала.
Вообще-то Томо никогда не перекладывала на плечи дочери собственные невзгоды, однако сегодня она ждала Эцуко с нетерпением.
Когда Эцуко вошла в комнату, ведя за руку Кунико, сердце Томо подпрыгнуло и оборвалось от такого восторга, что она сама удивилась. На Эцуко было
двойное кимоно из чёрного крепа, украшенное фамильным гербом, и роскошное оби с вышивкой в виде воробьёв, сидящих на бамбуковых стеблях на красновато-коричневом фоне. Кунико она нарядила в яркое кимоно из набивного шёлкового крепа с длинными рукавами.
— Ну, вот и пожаловали! Наконец-то! — воскликнул Юкитомо. — С Новым годом! Сколько лет нашей Кунико? Когда столько внуков, не упомнишь, кому сколько… — Юкитомо рассмеялся. — Я стал такой старый! Кто знает, может этот год для меня последний… А где Синохара-сан? Его сегодня не будет? А я-то доску для игры в го приготовил… Ах, встреча Нового года в Обществе адвокатов? Ну, если он председатель, то никак нельзя пропустить.






