Светящийся глазок кинокамеры давно переместился дальше — ценную пленку следовало экономить, — но ведущий в синем стоял где стоял, не опуская микрофона, — un diplomatiste.
[6]
Гэрри Атлас, который увязался следом за киношниками, остановился рядом с рыжей девицей и, с ног до головы мокрый, обратился к ней. Этот нехитрый метод обычно давал ему повод для шуточки-другой. Но девица отвернулась; вот стервозная сука, ишь ты, и сигарету сразу в зубы!
6
Дипломат
(фр.).
Киношники
между тем взялись за Сашу с подругой. Гэрри засвистел какой-то мотивчик.
Вайолет Хоппер, не так давно ставшая «миссис», играет главным образом эпизодические роли — дальняя родственница, чья-нибудь стареющая сестрица в платье по эпохе. Ибсен? Троллоп? Ее проблема явно заключалась в том, что выглянуть из-за маски холодной невозмутимости ей удавалось лишь изредка — даже в ходе интервью. Она вздернула подбородок, запрокинула голову — и заговорила. Что до Саши, та, пока подруга отвечала на вопросы, могла разве что поддергивать топ да заливаться смехом. Нет, от Саши помощи не дождешься. Бедняжка просто изнемогала. Даже Норт не сдержал улыбки. Тут и рыжеволосая девица а-ля «Рив Гош»
[7]
возражать бы не стала. А на заднем плане Гэрри Атлас, усугубляя ситуацию, встал на голову, якобы поддерживая землю, и шевелил ногами всякий раз, как Саша поднимала взгляд. Все только рты пооткрывали; тут и там раздавались взрывы смеха.
7
Rive Gauche (
досл.
— «левый берег»,
фр.
) — самые фешенебельные кварталы Парижа на левом берегу Сены. В 1970 году Ив Сен Лоран дал название «Rive Gauche» своей первой коллекции, адресованной широкой публике; появились и бутики с таким же названием, быстро завоевавшие всемирную известность.
— Африка? — ответствовал высокий широкоплечий мужчина в немнущемся костюме. — У Африки сегодня есть все шансы на успех. Здоровый, приятный климат. Питание ничего себе, ежели приглядеться. Трудовые и природные ресурсы. По мне, так у Африки — чертовски завидное будущее.
— А он вообще с нами? — шепотом поинтересовалась Луиза. Ее муж, Кен, похвалялся отменной памятью на лица.
— Он с нашего самолета? — спросил еще кто-то.
— Не помню, чтоб я его видел, — отозвался Кен Хофманн. И улыбнулся: — Да только среди нас ему самое место.
— Австралийский акцент — это наше все, — громко возвестил Дуг, одобрительно кивая парню. Тот поднял вверх большие пальцы.
Только представьте
себе — нас по телевизору покажут! Шейла, например, была в восторге. С путешествиями оно всегда так: сплошные неожиданности. А доказательство — вот, у нее на коленях. Она имела полное право сказать, что «до сих пор» у нее ни минутки свободной не было «даже открытку надписать».
«Народ в нашей группе подобрался интересный и довольно милый», — быстро начала она.






