— Но всё то, о чем я говорил, подкрепляя свои слова справками-документами из советских источников, вы учтите. И без скромности — отдавайте должное строителям коммунизма.
Автор усмехнулся. Нет, Автор ставит перед собою совершенно особую цель и эту цель не
намерен погрести в ворохе партийно-уголовной хроники. Взгляд Автора направлен на судьбы людей, и потому…
Эти рассуждения Автора Собеседник прервал репликой:
— Ваше дело. Смотрите сами. Но не забывайте, что для понимания идеологических, социальных и прочих явлений подброшенный мною материалец имеет определенное значение.
— Хорошо, — согласился Автор. — Как справочный материал — принимаю, включу его в книгу, надеясь, что… что ответственность за сухость этих справок падет на Собеседника.
Но «справочный материал» шестидесятых годов, для Автора, всего лишь дополнительные страницы, своеобразная дань Собеседнику, признание, что и он вносил свою лепту в создание «Моли».
Для Автора главное — прошлое, в границах которого довелось жить и ему самому, Автору. То, что за пределами этих границ, более близко и понятно Собеседнику, этому дотошному исследователю, говорящему о себе, что он «тенденциозен».
Автор не уклонялся от встреч с Собеседником. Наоборот он любил этого резонера, ехидного и несколько озлобленного, но бесспорно пристального наблюдателя за всем тем, что творится в «новом мире» сегодня.
Выводы Собеседника, подчас стремительные и резкие, помогали, в этом убежден Автор, понимать
диалектику
эпохи, и потому Автор не отбрасывал их, считался с ними, как считаются режиссеры с подтекстом чеховских пьес.
Сказав об этом, Автор должен напомнить, что сам он живет в былом — нелегкой судьбой своих героев. Кой-кто из них уже сошел со сцены. Приближается и час проща ния с Суходоловым и Решковым. Но это еще впереди, и в движении к последним страницам — Автор расскажет —
О смерти профессора Воскресенского и о Суходолове, играющем со смертью
Прошло достаточно времени с тех пор, как был списан «в расход» Ловшин, но о подробностях дела Суходолов ни разу не спросил. Это смущало и тревожило Атаманчика.
«Какой-то он другой теперь», — думал Атаманчик. Не догадываясь о том, что после потери Ксюши уже не стало прежнего Суходолова, Атаманчик попытался развеселить его
смешным
разговором.
— Ты только послушай, Семен Семенович, — болтал Атаманчик, — что было со Ступицей. Ступица, понимаешь, пристал ко мне. «Гей, Атаманчик, — говорил мне Ступица, — видишь: один я перед тобой. Скажи: где искать моего друга, моего дорогого Ловшина?» А я ему: «Ты о чем? О Ловшине? Выбыл твой дорогой дружок в неизвестном направлении. Адреса не оставил. Так что пиши ему
до востребования»..






