Хмуро бросив взгляд на стол, прошел к умывальнику и начал мыть руки.
— Что случилось, Анджей? — Обеспокоилась ма.
— Черт меня подери! — Взорвался отец. — Будь я трижды проклят, если когда-нибудь смогу спокойно смотреть, как дросы разоряют наши поля. Младшие дьяволы из их рода опять понабежали на плантации. Я посмотрел издалека — ущерб от потравы кукурузы уже сейчас превышает несколько тысяч денежных единиц. А за то время, что я дошел до мэрии и заявил об этом, они наверняка угробили урожая еще больше.
— Что сделаешь,
Анджей, — вздохнула ма, — колония дросов заплатит за потраву.
— На что мне их компенсация? Я хочу спокойно работать, чтобы мне никто не мешал, Иначе для чего мы летели сюда?..
Отец уселся за стол, на котором тотчас же появилось блюдо с горячей, дышащей паром картошкой. Отец словно нехотя положил себе на тарелку несколько ложек, добавил туда же салата и лениво начал ковыряться вилкой.
— Па, а почему бы не усилить напряжение тока на ограде? — спросил Берд.
— А что толку? — Тут же отозвался Анджей. — От диких животных ограда защищает поля, и защищает неплохо, а для дросов десяток тысяч вольт — приятная щекотка. И больше тоже нельзя. Ты ведь знаешь — существует конвенция, по которой на всем Торно не найдешь ни одного ствола оружия. А к нему приравниваются все устройства, способные нанести физический ущерб любому из четырех видов разумных существ, населяющих нашу планету.
Получив исчерпывающий ответ, Берд опустил голову, пряча лукавую улыбку. Как будто он сам не знает положение дел на Торно, но стоит только намекнуть кому-нибудь из взрослых на Конвенцию, так те сразу стушевываются, обида или злость отлетает от них со свистом пули, а на их месте приходит привычная апатия лояльности. Берд схватил один кейво и встал.
— Спасибо, ма, все было очень вкусно.
— Ты же ничего не съел, а был голодный, как ошпеньтуа, — удивилась мама.
— Уже сыт. Завтра экзамен по высшей математике, пойду готовиться. — И он выскочил из столовой.
Прежде чем закрыть дверь в свою комнату, Берд прислушался. Отец опять переживал случившееся, правда уже спокойнее, в который раз объясняя ма, как он подошел к кукурузному полю, как увидел бестолковых младших дросов. Как в очередной раз подумал, что мудрая природа недаром наградила высокоинтеллектуальных старших дросов такими глупыми симбиозниками, и что так им и надо, во почему, дьявол их бери, чужие проблемы приходится расхлебывать и людям.
Берд запер дверь и открыл окно. Он осторожно выглянул на улицу. Все спокойно. Оттолкнувшись от подоконника, он пролетел два этажа и мягко, словно кошка, приземлился на пластиковую дорожку.






