Потом выдернул шестерню, засевшую в черепе, наложил обычный пластырь:
— Хватит с тебя пока… Теперь встал и пошел!
— Я… не могу еще…
— Встал и пошел, кому сказано!
Стеная, Коротаев с трудом поднялся на ноги. Его шатало, он привалился к Владу.
— Роман тебе тиснуть? — процедил Рокотов сквозь зубы. — Или теперь ты сам под бочок? Угомонился, подонок? Или еще будешь пробовать?
— Рули, начальник… твоя сила…
— Потопали, уже недалеко. Живучий ты, сволочь!
— Ты тоже крепыш… В сердце ему засадил, а он скачет…
— Ты, зараза, не в сердце, ты в жесткий диск мне засадил! Да и броник на мне…
Напрасно он болтанул про жесткий диск. Напрасно.
Слил важную информацию.
Компьютер
в Зеленогорске девственно чист в смысле диска. Теперь полетел к черту и диск номер два, местный.
На допросах эта сволочь обязательно воспользуется услышанным. Впрочем… разрушено и убито уже столько, что шила в мешке не утаишь. Разбирательство неминуемо.
И его, Рокотова, слово — не последнее. Хорошо ли данное обстоятельство?
Поддерживая Коротаева, Рокотов вернулся к месту поединка. Брошенная рация молчала.
Рокотов подобрал ее и на ходу снова вызвал Ясеневского.
Тот отреагировал с нескрываемым облегчением:
— Я все понял ведь… но что я мог сделать? Не высылать же тебе на маршрут батальон спецназа?
— Это лишнее, — согласился Влад.
— Клиент взбрыкнулся?
— Ой, взбрыкнулся.
— Но клиент жив?
— Пока жив, но продвижение немного замедлилось. Ему понадобится помощь, он немного деформирован.
— Ясно. А будет жить?
— Посмотрим. Зависит от его дальнейшего поведения. Сейчас он несколько не в себе — испереживался. Но вот когда придет в себя, можно ждать новых фокусов. Впрочем, он уже чересчур изувечен, чтобы быть опасным… И кровь потерял.
— Постарайся доставить
живым.
— Приложу все усилия, товарищ генерал-лейтенант.
— Давай, действуй, вертушка уже, считай, на подлете.
Насколько можно доверять Ясеневскому? Насколько?
Пророчества Коротаева досаднейшим образом совпадали с опасениями Влада. Экое единомыслие!
Вертушка, конечно, уже на подлете. Она подлетает, чтобы расстрелять свидетелей конфликта двух хозяйствующих субъектов…
Рокотов вынул жесткий диск, в котором засела пуля. Между прочим, бронежилет ему не помог бы: Коротаев завладел «тэтэшником», а тот, как известно, пробивает.
Итак, диск можно выбросить, все легче идти.
Они с Коротаевым — единственные, кто видели и знают.
А всякие там записи — гнилой базар, как сказал бы тот же Коротаев. Стенограммы, то да се. С ними можно поступить как заблагорассудится.
Эпилог
ТЯЖЕСТЬ
СОМНЕНИЙ
Последние полкилометра пути Рокотов тащил Андрея Васильевича Коротаева на себе. Коротаев часто присаживался передохнуть, а то и вовсе терял сознание.






