ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бен-Гур, Автор - Уоллес Лью, , Жанр - Проза прочее, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Бен-Гур Уоллес Лью Бен-Гур, Автор - Уоллес Лью, , Жанр - Проза прочее, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Посвящается жене, подруге моей юности. КНИГА ПЕРВАЯ Смотри, как издали, с высоты востока, путеводная звезда спешит пролить на мир свой лучезарный свет. И миром дышала ночь, в которую царь света явился на землю для царства мира. И ветерок, дивясь чуду, нежно лобызал воды, передававшие эту новую радостную весть тихим водам океана, ныне вполне забывшим эти грезы, когда мирные птицы колышутся на их чарующих гребнях. Мильтон. Гимн «Рождение Христа» ГЛАВА I В пустыне Джебель эс Зублех — горная гряда длиною более пятидесяти миль и такая узкая, что ее изображение на карте напоминает гусеницу, ползущую с юга на север. Стоя на ее белых и красных утесах и глядя в лучах восходящего солнца, можно увидеть только Аравийскую пустыню, где от начала времен обитают восточные ветры, столь ненавистные виноградарям Иерихона. Подножия гор укрыты песками, принесенными с Евфрата, чтобы лечь здесь навек, ибо гряда представляет собой стену, ограждающую с запада пастбища Моава и Аммона — земли, которые, в противном случае, были бы частью пустыни. Арабы дали названия на своем языке всему, что лежит к югу и востоку от Иудеи; и на их языке старый Джебель — отец бесчисленных вади [1] , пересекающих римскую дорогу — ныне о ней напоминает только пыльная тропа

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

До сих лор делалось все, чтобы завоевать его любовь: теплота манер, искушение взглядов, обещание жестов. Она обрушивала на него ливни комплиментов. Для него накрашенные веки томно прикрывали блестящие миндалины глаз, для него услышанные от сказителей Александрии любовные истории повторялись во всем богатстве своей поэзии, для него — бесконечные выражения приязни, улыбки и мимолетные ласки рук, волос щек и губ, и песни Нила, и драгоценные украшения, и тонкие кружева шарфов и покрывал, и изысканность индийских шелков. Мысль, старая, как люди, что красавица —

награда герою, пробуждала в ней такую бездну выдумок, что он не мог не считать себя ее героем, она подтверждала это тысячами искусных способов, — неотразимых способов, которые изобрел чувственный египетский гений для своих дочерей.

Такой была египтянка с Бен-Гуром с самой ночи лодочной прогулки по озеру Пальмового Сада. Но теперь!

Повсюду в этой повести читатель мог заметить некоторую неопределенность толкований, благоговейно применяемую к священным темам, теперь мы обращаем ее на человеческую натуру вообще. Мало найдется людей, не обладающих

двумя натурами

— подлинной и приобретенной, последняя из которых иногда становится столь же неотъемлемой частью личности, как первая. Оставляя эту мысль для любящих размышления, мы возвращаемся к египтянке, проявившей, наконец, свою подлинную натуру.

Никакого чужака она не могла бы оттолкнуть более яростно, хотя на вид была само бесстрастие, лишь маленькая головка слегка наклонилась, ноздри чуть раздулись, а нервная нижняя губа заставила несколько сильнее обычного изогнуться верхнюю. Она заговорила первой.

— Ты пришел вовремя, Сын Гура, — произнесла она отчетливо. — Я хочу поблагодарить тебя за гостеприимство, а завтра уже не располагала бы возможностью сделать это.

Бен-Гур слегка поклонился, не отводя глаз от ее лица.

— Я слышала об обычае игроков в кости, — продолжала она. — Закончив игру, они сверяют свои таблички и подводят итог, затем совершают возлияния богам и венчают счастливого победителя. Наша с тобой игра длилась много дней и ночей. Пора посмотреть, кому принадлежит венок.

По-прежнему настороженный, Бен-Гур ответил шуткой:

— Никакой мужчина не остановит женщину, решившую поставить на своем.

— Скажи мне, — продолжала она, наклоняя голову и уже не скрывая иронической усмешки, — скажи мне, князь иерусалимский, где он, сын плотника из Назарета и в то же время сын Божий, от которого еще так недавно ожидались великие свершения?

Он нетерпеливо помахал рукой и ответил:

— Я не сторож ему.

Прекрасная головка опустилась еще ниже.

— Разрушил ли он Рим?

Снова, но уже с гневом Бен-Гур поднял руку.

— Где он основал свою столицу? — не унималась египтянка.