Ральф увидел на обрыве над устьем Мэнтрап — Ривер, которая пересекает Озеро Грез и течет дальше, нестройный ряд бревенчатых хижин. Сзади поднимались косматые холмы, поросшие сосняком и частым кустарником, местами выжженные, местами вырубленные, полуоголенные и оттого более нелюдимые и запущенные, чем самый дремучий бор. Посредине селения у облезлой темно-серой деревянной церковки со шпилем, крытым ржавой жестью, сбились в кучку вигвамы индейцев-кри, сооруженные из березовой коры и брезента.
Даже с близкого расстояния селеньице напомнило Ральфу скорее временный бивак, чем обжитой благоустроенный поселок. Он мысленно сравнил Мэнтрап с разбросанными среди камышей и высокой травы ящиками и тюками в начале пешего перехода.
Как одиноко и печально здесь должно быть на закате! Нет, это не тот надежный приют, что может отогреть тоскующее сердце.
Вместо того, чтобы взять курс на ближайшие хижины, Джо описал широкий полукруг и направился к дальнему краю селения.
— Не могу не доставить удовольствие
старине Макгэвити, — сказал он. — Агент «Гудзонова Залива» и мой заклятый конкурент, все так, а Элверна величает его старым и бесстыжим брюзгой, но, по-моему, он славный старикан. Шотландец — без овсянки жить не может! Тридцать лет в Канаде, а все тоскует по родине. Так уж я всегда даю ему возможность поднять флаг в честь моего прибытия. Не то чтобы строго официальная церемония, но все же я здесь мировой судья, какой ни на есть. На этом основании я и Вудбери твоему пригрозил арестом за провоз самогона… Свинство, кстати говоря, если учесть, что у самого на борту целый ящик шотландского виски!
Тем временем Лоренс Джекфиш, сидя на носу, вынул из клеенчатого футляра британский флаг и привязал к самодельной мачте, а Джо дважды выстрелил из своего дробовика.
Лодка полным ходом летела к фактории «Гудзонова Залива» — «Форту», как его здесь называли: в свое время это и вправду был форт, который не раз осаждали индейцы. Теперь Ральф увидел на берегу аккуратный бревенчатый дом (бревна были обтесаны квадратно, как у швейцарского шале), украшенный глянцевитой вывеской «Компания Гудзонова Залива».
Для Ральфа это был символ покорения дикого края… Индейцы прежних времен в головных уборах из перьев, в отделанных бахромою штанах из оленьей кожи; губернаторы с ястребиным взором — высокородные авантюристы в кружевных манжетах и треуголках; пироги с восьмерками здоровенных гребцов и песни французских voyageurs,
[15]
летящие по течению неведомых рек.
Перед зданием фактории раскинулся заботливо подстриженный газон с блестящим флагштоком, обложенным белеными камнями. Из дома выскочил мужчина, дородный и, видимо, немолодой. Он замахал шляпой, вскинул руку с револьвером и приветствовал Джо двумя выстрелами. Потом он поднял флаг.






