Веселье и игры,
amor fati. Semper fi
[113]
.
113
Роковая любовь. Верность навсегда
(лат.).
— Покойся с миром, — сказал он Хиксу.
Он посмотрел назад, на далекие горы, и увидел высокий столб пыли возле железнодорожной колеи. Что-то движущееся подняло пыль, а ветер крутил ее и поднимал столбом.
Секунду он стоял, пытаясь подавить в себе панику; затем понял, что нужно сделать: застегнуть рюкзак, чтобы ветер не выдул весь порошок, — тогда они найдут его здесь. Застегнув рюкзак, он достал из кармана «клинекс» и привязал к лямке. Потом помчался к машине, прыгнул за руль и дал газ.
— Отваливаем, детка, — сказал он Мардж. — Эти ублюдки опять у нас на хвосте.
Он не мог разобрать, что там движется,
вздымая пыль, но движение было медленным; через несколько минут он уже оторвался на приличное расстояние.
— Если они нас нагонят, — сказала Мардж, — если у них оружие… если прикажут остановиться… мы не остановимся. Будем ехать.
— Хорошо, — сказал Конверс. В зеркальце он следил за облаком пыли.
— Кто это? — спросила Мардж.
Не отрывая глаз от облака, Конверс засмеялся и еще сильнее вдавил педаль. Столб рос, становясь все толще и выше, — кружащаяся белая воронка с черным основанием и широкой пенящейся верхушкой, изгибавшейся по ветру, — жуткая и невинная мера какого-то обдолбанного, бредового процесса. В зеркальце казалось, что буря затянула все небо.
— Посмотри на них, — сказал он Мардж. — Посмотри в зеркальце.
Мардж наклонилась, чтобы заглянуть в зеркальце, обернулась назад, потом снова посмотрела в зеркальце. Лицо ее разрумянилось, глаза блестели.
— О господи! — закричала она и хохотнула, брызнув слюной. — Только посмотри на них!
Она высунулась из окна и завопила, обращаясь к пыльному столбу.
— Хрен тебе! — голосила она. — Хрен те-бе-е-е!
Когда они снова выехали на шоссе, столб пыли позади осел, чудовище остановилось. На шоссе по-прежнему не было ни единой машины.
— Да ладно тебе, — сказал Конверс.
Антейл и его коллега Анхель ехали по солончакам на дорожном тракторе «Мичиган». Он принадлежал Галиндесу, который с его помощью проложил несколько троп Дитеру.
Это была надежная машина для бездорожья и очень дорогая, но она не делала и двадцати миль в час. Преследовать на ней кого-нибудь было делом безнадежным, если только тот не шел пешком.
Антейл осматривал равнину в бинокль, восседая, как Роммель, на крыле. Заметив стоящий «лендровер», он было поднял свой «моссберг» и взвел курок, но не стал стрелять —
в надежде, что люди в «лендровере» спят или удолбались.
— Как я и говорил, — хмыкнул Анхель.
Это Анхель предположил, что Хикс ушел, он же раздобыл и трактор.
Антейл смотрел в бинокль на «лендровер», как вдруг тот рванул с места и помчался на юг, к шоссе, оставляя за собой хвост белой пыли.






