– Я не хотела тебе говорить всё это время. Знала, что для тебя это важно: проявлять хоть какую-то заботу о сыне. Только ты представляешь себе, сколько всё это стоит?
Она взмахнула рукой с зажатой между пальцами сигаретой, коротким жестом указывая на обстановку больничной палаты. Он промолчал.
– Много, Иван. Очень много. И тех денег, что ты привозил раз в полгода, хватало в лучшем случае на месяц. Всё остальное оплачивал Аслан. Аслан заботился обо мне и нашем сыне каждый день, каждый час, каждую секунду, чёрт возьми! А ты отделывался мелкими подачками. Максим
был не нужен тебе, пока болел, а теперь, когда выздоровел, ты снова хочешь стать для него отцом? Это неправильно. Нечестно. Это Аслан спас его. Аслан и врачи, которых он нанял. И я хочу, чтобы Аслан был для него отцом.
Иван сжал зубы, так что скулы свело судорогой. Ему потребовалось секунд десять, чтобы справиться с собой и хоть что-то ответить.
– Я его отец. По закону я имею право видеться с сыном раз в неделю. Пусть так и будет.
– Да, по закону… – Инга раздавила окурок в пепельнице. – Иван… Максим сейчас заново будет учиться жить. Привыкать к семье, к людям, которые вокруг него. Я очень хочу, чтобы он привык к Аслану. Вы не ладите, я знаю, но он хороший человек. Сильный, надёжный. Я буду рада, если через полгода или год Максим станет называть его папой.
«А вот это вряд ли», – со злобной радостью подумал Иван, но вслух говорить не стал.
– Но для этого нужно, чтобы ты… Ты будешь мешать ему. Понимаешь? Ты не сможешь быть ему отцом, но и не дашь Аслану этого сделать.
– Инга, так нельзя. Максим мой сын и я имею право видеться с ним.
– Я знаю, – она отвернулась к окну, скользя взглядом по зелёной пене лесопарка, – Аслан предлагал
через суд запретить тебе это. Нанять юристов, адвокатов, они докажут твою невменяемость. Ты ведь стоял на учёте у психиатра… Но я решила, что лучше просто поговорить с тобой. Попросить.
– Попросить, чтобы я отказался от своего сына?
– Ну хватит, Иван! Ты отказался от него два года назад. А теперь просто отойди в сторону и не мешай. Пожалуйста! – Инга повернулась к нему лицом, её не слишком выразительные серо-зелёные глаза сейчас были наполнены, даже не просьбой, отчаянной мольбой. – Пожалуйста, если ты хоть немного любишь меня или Максима, дай нам построить нормальную семью. Мы это заслужили. Он это заслужил. Пусть у него теперь всё будет хорошо. Не мешай нам, пожалуйста!
Иван отвернулся в сторону и молчал. Инга тоже больше не произносила ни слова. Так прошло не меньше минуты. Он знал, что так будет. Наверное, именно поэтому так отчаянно рвался сюда и затеял эту дурацкую драку, чтобы хоть как-то выплеснуть злость и обиду. Он знал, что так будет. Но легче от этого не было…
– Он спрашивал о тебе. Поэтому я позвонила. Он тебя ждёт.






