Однако журить его за южный темперамент – и горячий кровь, да, – я не стал! Даже готов был расцеловать на радостях, да боюсь: он неправильно бы понял меня.
К нам выскочили ящеры о двух ногах и… ещё двух лапах. Обозвать руками их конечности не возьмусь. И они держали в них…
– Топоры! – взревел Магомед, выпустив меня.
– Нет! – упал я. – Стой! Куда?
Одному из зеленокожих нападавших досталось. Он поторопился достать в броске боевым топором корч, когда тот бросился убегать от него. Зато за него – рукоять топора – и ухватил Магомед, а лучше бы так подхватил меня и вновь закинул к себе на плечо. Когда я думал: он вовсе расколет корч. Но насколько я понял: Магомед затаил обиду. И что ждало дальше пень – ясен пень: ничего хорошего. Неужто колоть его собрался – добиться от него признания: где это мы, и как нам выйти из дебрей лопоухих аборигенов?
Думал об этом я, размышляя уже на бегу, удирая без оглядки от ящеров с корчами. Пускай они там рубятся, поскольку нам с ними не по пути – не внушали мне доверия своим обликом клыкасто-когтистые аборигены, как прежде лопоухие повелители лесной растительности. И чутьё подсказывало мне: они не лучше их – и обойдутся с нами.
– Магомед! – орал я, стараясь не отставать от него, да попробуй ещё догони. Ему теперь что заросли, что автострада – нёсся, не замечая никаких препятствий на своём пути. Так что мне оставалось идти за ним по следу – торной просеки в лесных зарослях, оставляемой им позади себя.
Когда стало тихо, я затаился, прислушиваясь к тому, что творилось вокруг;
уловил на слух стук топора по дереву. И исходил именно оттуда, куда уходила дальше просека.
Ага, – выяснил я, где остановился Магомед.
– Привет тебе, дровосек, – застукал я его за увлекательным занятием. Он снимал стружку с корча, как Папа Карло с Буратино. – Что, полено понравилось, решил деревянную бабу выстругать, и на ней выместить всё зло в отместку лопоухим аборигенам и их корчам?
Но нет, Магомед взаправду колол этот пень – и не просто так, а на дрова, насколько я понял дальше его действия.
И пока он занимался с корчом, я занимался тем, что имелось у меня под рукой, изучая содержимое рюкзака – извлёк аптечку и нетбук. Даже чудо, что он не пострадал. Нет, чехол был местами подран и прорван, даже корпус нетбука поцарапан, но ведь работал, как и видеокамера.
Эх, жаль, здесь нет "паутины", а то бы получился потрясающий репортаж с места горячих событий.
Почему горячих? Да по тому, что Магомед в очередной раз учудил – корч задымил. Мой напарник принялся пытать его огнём, раз с топором не получилось его расколоть. Но корч лишь скрипел и скрипел, а потом пыхнул и угорел.






