ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мы, Автор - Николс Дэвид, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Мы Николс Дэвид Мы, Автор - Николс Дэвид, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. David Nicholls US Copyright © David Nicholls, 2014 All rights reserved This edition is published by arrangement with Curtis Brown UK and The Van Lear Agency LLC Издание подготовлено при участии издательства «Азбука». Издательство Иностранка® В память о моем отце Алане Фреде Николсе Только ты доказала мне, что у меня есть сердце, только ты осветила мою душу. Только ты открыла мне, кто я такой; без твоей помощи я бы знал о себе лишь то, что у меня есть тень, — она скользила бы по стене, а я по ошибке принимал бы ее причуды за мои собственные действия… Итак, дорогая, ты понимаешь, что ты сделала для меня? И теперь мне страшно представить, что какие-то незначительные обстоятельства могли бы помешать нам встретиться. Натаниель Готорн, письмо Софи Пибоди 4 октября 1840 г. Книга первая Большое турне Часть первая Англия Они стали друг для друга милой привычкой, и от этого у нее появились вокруг рта морщинки, похожие на кавычки, как будто все, что она говорила, уже было сказано раньше. Лорри Мур. Агнес из Айовы 1. Грабители Прошлым летом, незадолго до отъезда моего сына в колледж, жена разбудила меня среди ночи. Поначалу я решил, что она трясет меня из-за грабителей. С тех пор как мы переехали за город, у жены появилась привычка вскакивать от ма

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Любопытные факты! Ты знала, что у цезия атомный номер пятьдесят пять? И тому подобное. Конечно, в том возрасте ты все впитываешь как губка, поэтому я и запоминал много, но больше всего мне нравились страницы «Жизни великих ученых» в картинках. Там была одна история про Архимеда, которую я мог бы и сейчас тебе нарисовать:

Архимед в ванне, проводит связь между объемом и плотностью, Архимед танцует голым по улице. Или про Ньютона и его яблоко, а еще про Марию Кюри… Мне нравилась эта идея о внезапном прекрасном озарении. О зажегшейся лампочке, что в случае с Эдисоном произошло буквально. Один человек испытывает вспышку прозрения, и мир внезапно фундаментально меняется.

Так много я не говорил уже несколько лет. Конни хранила молчание, и у меня появилась надежда, что она заворожена моей фантастически интересной личностью, но когда я взглянул на нее, то увидел, что ее глаза закатились под веки.

— Тебе нехорошо?

— Прости. Я просто унеслась.

— А. Ладно. Может, мне замолчать?

— Нет, мне нравится. Ты опускаешь меня на землю, но в хорошем смысле. Ух ты! У тебя огромные глаза, Дуглас. Прямо на пол-лица.

— Ладно. Итак… рассказывать дальше?

— Да, пожалуйста. Мне нравится слушать твой голос. Все равно что слушать прогноз погоды для моряков.

— Усыпляет.

— Успокаивает. Пойдем дальше. Расскажи еще.

— В общем, все эти истории чаще всего оказывались ерундой или в огромной степени упрощенными. Научный прогресс — утомительный труд и по большей части проистекает из совместной работы многих людей, которые размышляют об одном и том же, постепенно, маленькими шажками продвигаясь вперед, и озарение тут ни при чем. Ньютон действительно видел, как упало яблоко, но о силе притяжения он размышлял задолго до этого. То же самое с Дарвином, который якобы проснулся однажды и подумал: естественный отбор! Перед тем были годы и годы наблюдений, обсуждений, споров. Хорошая наука движется медленно, методично, основываясь на фактах. Как говаривал мой старый учитель: «Только ослы вроде нас с тобой предполагают!» — В этом месте я надеялся, что она, быть может, рассмеется, но она смотрела, раскрыв рот, как шевелятся ее пальцы. — Тем не менее я попался. Для меня эти ученые были героями, и я мог, по крайней мере, приобщиться к этому героизму. Обычно мальчишки мечтают стать футболистами, или поп-звездами, или военными, а я хотел стать ученым, который познает момент озарения. К нему придет совершенно оригинальная идея. И он придумает лекарство, водяной двигатель, заглянет в космос и в будущее.

— Ну и как, осенило?

— Пока нет.

— Что ж, еще есть время, Дуглас!

— Разумеется, в прошлом было гораздо легче.

Намного легче оставить свой след в науке, когда считалось, что Солнце вращается вокруг Земли и существует четыре телесные жидкости.