По всему виду Доктора можно было понять, что он получает удовольствие от происходящего и чувствует себя как на тренировке по рукопашному бою. И вдруг он отвернулся от Азизова. Азизов подумал, что «Доктор» решил, наконец-то оставить его в покое; но, сделав оборот на сто восемьдесят градусов, он вдруг ударил его пяткой, повернув носок вниз. После этого удара Азизов опять услышал скрежет во рту и почувствовал там какой-то предмет. Он машинально открыл рот – хотелось узнать, что это было. Да, это был зуб, вернее его половинка.
– Зуб сломался, – сказал он Доктору, будто прося его остановиться и сжалиться над ним. В этом было что-то собачье, жалобное.
– Зуб?! А ну-ка покажи.
Азизов, подняв половинку сломанного зуба, поднес ему и держал перед его лицом, пока тот его осматривал.
– Это третий зуб, который я ломаю одним ударом, – сказал Доктор, повернувшись в другую сторону казармы, к следившим за избиением молодых солдат лежа.
В ответ кто-то хихикнул. А Доктор ударил Азизова еще раз кулаком в грудь. В это время вдруг послышался звон стекла. Это Марданов, все еще пытаясь вырваться из рук продолжающих избивать его солдат, ударился об окно, и стекло разбилось. Тут же послышались шаги в коридоре: кто-то зашел в казарму, и, пока было темно, солдаты бросились в свои кровати. Когда зажегся свет, все оказались на своих койках, даже Азизов с Мардановым успели лечь. Дежурный офицер, подойдя к окну, осмотрел осколки стекла, лежащие на полу, но ничего не сказал, выключил свет и ушел. Едва он ушел, Мельник, вновь подойдя к койке Марданова с одним из солдат, поднял его и нанес по его окровав-ленному лицу еще несколько ударов. Марданову пришлось оттолкнуть его и выйти опять на простор казармы. В этот раз атаковали наглого новичка только двое. Остальные не поднялись больше с кроватей, наверное, особой нужды не было: Марданов был сильно избит, значительно ослаб, истекал кровью. Но он все еще продолжал стоять на ногах, несмотря на длившуюся уже с полчаса избиение. А Доктор поднял Азизова и, оттащив в середину казармы, начал бить его вновь, то слабо, то сильно, как на тренировке.
Старики вдвоем атаковали Марданова, пытаясь вновь наносить ему удары. Но теперь более вяло, видимо, устали или надоело. Марданов делал попытки защищаться. Вдруг он повернулся и крикнул Мельнику:
– Если ты мужиг, иди адин адин.
Оба «старика» продолжали атаковать молодого дерзкого солдата. Потом опять пошел на Марданова Мельник. Он переминался с ноги на ногу и вдруг подпрыгнул, вытянув правую вперед. Марданов все время отходил назад, пока Мельник с другим «стариком» атаковали его, и так дошел до самого конца прохода между рядами коек.






