Какое-то время ни один из нас не двигается, и когда он, наконец,
ослабляет объятия, он ложится на спину и смотрит на меня.
— Я хочу наблюдать, как ты трахаешь меня.
Деклан отказывается от контроля и передает его мне. После этих слов, я медленно приподнимаюсь, и когда чувствую, что кончик выскальзывает из меня, я не тороплюсь и потихоньку опускаюсь обратно, засасывая его в свое тепло. Будто мое тело просто жаждет его, нуждается в нем. Я кладу руки на его грудь и продолжаю двигаться, пока он наблюдает за мной. Он проводит руками по моим бедрам, животу, груди, нежно сжимая ее, лаская меня. Я хватаюсь за его запястья и держусь за них, закрывая глаза. Я никогда не чувствовала подобного с другими мужчинами. Но я чувствую это не только в данный момент, это ощущение есть всегда, когда я с ним. Он всегда находит способ сохранить нашу с ним связь, не позволяя мне отстраниться от реальности, не позволяя моему телу окаменеть. Раньше я боролась с ним за это. А сейчас? Сейчас, я даже не пытаюсь.
Деклан начинает толкаться бедрами вверх подо мной, наши тела двигаются синхронно. Давление и незнакомая боль в груди начинают
раздуваться. Мои эмоции беспорядочно смешиваются. Вопросы заполняют голову, каждый из них ударяет по нежной части меня, части, которая, я только сейчас осознала, существует внутри меня.
Почему это не ощущается противно?
Почему я не пытаюсь сбежать?
Почему я позволяю ему видеть мою слабость?
Почему мне больно?
Почему я вдруг начинаю сомневаться во всем, что я думала, знаю?
Почему я не могу дышать?
И когда я открываю глаза, чувствую все, что думала, не буду достойна почувствовать.
Я люблю его.
Сердце бесконтрольно сжимается, и я чувствую, будто задыхаюсь.
Я на самом деле люблю его.
Я вижу это, падающая звезда над головой разрывается на миллион кусочков алмазной пыли. Мерцающие пятна стекают по мне, и когда я опускаю взгляд, вижу, как они приземляются на золотистую грудь Деклана. Хаотично разбросанные кристаллы искрятся на его коже, и затем он поднимает руку к моей щеке. Я по-прежнему держусь
за его запястья, пока он вытирает мою щеку.
— Детка, — шепчет он, но я молчу. В груди становится тесно. Мы не прекращаем двигаться, пока мои слезы продолжают капать на его грудь. И когда этого становится слишком много — осознания, что я влюбилась в того человека, от которого должна держаться на расстоянии — из меня вырываются мучительные всхлипы. Деклан молниеносно прижимает меня к себе, и я ломаюсь, плачу около его шеи, а он обнимает меня. Никогда это не ощущалось нормально — демонстрировать уязвимость, которую я всегда прячу внутри себя, — но до Деклана я никогда не чувствовала себя достаточно в безопасности, чтобы показать ее. Я всегда чувствовала себя в безопасности с ним.






