ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня зовут Табита Лоу. Мне восемнадцать, у меня проблемы в колледже, и самая главная угроза моему благополучию — мой отец, которого я боюсь. Я мечтаю о чем-то большем, о ком-то, кто изменит мою жизнь. Я встречаю Зверя при крайне сложных обстоятельствах, когда мой отец продает меня ему за дозу метамфетамина. Я напугана, растеряна из-за того, что меня влечет к этому опасному человеку со шрамами. Но, как ни странно, Зверь оказывается настоящим джентльменом, даже если я желаю, чтобы он мной воспользовался. Но когда отец похищает меня, чтобы перепродать сутенеру, мне не нужен джентльмен. Мне нужен Зверь. «Зверь» — одиночный роман для зрелой аудитории, наполненный настоящей романтикой с вкраплениями образа «Плохого парня». Лаура Белль Пэтэрс ловко переплетает сказку о любви и страсти с экшеном боевика, наполненного любовью и юмором лучших девчачьих фильмов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Грузовик моего отца выехал на главную дорогу и исчез в ночи с громким ревом, и

единственным досупным мне источником света был мой сотовый телефон, с его помощью

я хоть немного могла разобрать, куда идти.

Из меня едва не вырвался крик, но я затолкала его обратно туда, где прятала свои

страхи, ненависть и гнев, которые никогда не могла продемонстрировать.

Мне ничего не оставалось, как двинуться вперед, так что я по очереди переставляла

ноги одну за другой.

Время от времени я поглядывала на часы в своем телефоне.

Десять минут.

Я была не уверена, насколько далеко ушла. Обычно у меня занимало, по крайней

мере, десять минут, чтобы пройти полмили, но, черт, я не могла определить, насколько

медленно двигалась в темноте, пока шла, спотыкаясь о корни деревьев.

Пятнадцать минут.

13

Двадцать.

Наконец, за углом показался какой-то проблеск.

Я увидела свет, который просачивался сквозь деревья, затем смогла различить

очертания дома.

Я замедлила шаг и задалась вопросом, как далеко смогла бы уйти, если бы просто

развернулась и медленно пошла обратно к дороге. Возможно, я бы нашла другой дом,

возможно, добралась бы домой автостопом или отправилась бы в другой город, и никогда

не вернулась бы к своему отцу.

Я

уже знала, почему не стала бы этого делать.

Мои сестры.

Я бы никогда не увидела их снова, и это было бы не самым худшим из событий. То,

что отказалась делать я, приходилось бы делать моим сестрам. Это было правилом.

Если бы я отказалась закрывать рот и раздвигать ноги для того, на кого мой отец

хотел произвести впечатление, то он нашел бы кого-то, кому понравился бы ребенок,

каким и я была раньше, и отдал бы ему одну из моих сестер — других вариантов не было.

Я не ускорилась, но и не развернулась в другую сторону.

Под гнетом долга я ссутулилась, и у меня задрожали руки.

Мое первое впечатление о доме было, будто он весь светился желтым светом, но

недостаточно ярко, чтобы я могла хорошо его рассмотреть.

Рядом стоял автомобиль с блестящим капотом, вероятно, новый. По крайней мере,

достаточно новый. У него не было смелых классических линий и дребезжащих

неэлегантных частей, что были характерны моделям 80-х или 90-х годов.

На входной двери дома был только глазок. Ни адреса, ни венка, никакого

художественного оформления вообще. Просто совершенно белая входная дверь. Казалось,

кирпичный дом в стиле ранчо располагался прямо в центре большой поляны. Я видела

только лишь припаркованный перед ним автомобиль и несколько темных неясных

силуэтов, которые вблизи

были, вероятно, намного больше.

Сейчас все, что я должна была сделать — это закончить свою долгую прогулку. И ее

завершение уже было в поле зрения.

Мне как никогда было трудно заставить свои ноги двигаться.