ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нет такого стоп-слова, которое может защитить твое сердце. Скандально известная писательница в жанре «эротика» и опытная Госпожа Нора Сатерлин, делает то, что совершенно несвойственно для нее: прячется. В то время, как ее давний любовник, Сорен – чьи необычные пристрастия погубят его, если будут обнародованы – находится под пристальным вниманием из-за предстоящего продвижения по службе, Норе приходится затаиться подальше от соблазна в объятиях роскоши. Пригласивший ее богатый и раскованный Гриффин Фиске безумно рад видеть Нору у себя в загородном особняке, особенно после того, как знакомится с ее спутником. Молодой, неопытный и ангельски красивый Микаэль стал протеже Норы, и это лето, проведенное вместе с Гриффином, станет его тренировкой, полной опасностей и чувственных издевательств над плотью. В то время, как тело Норы следует зову похоти, мыслями она снова и снова возвращается к Сорену, ее Хозяину, находящемуся под пристальным вниманием журналистки, преследующей корыстную цель. Это лето напоминает еще об одном человеке из прошлого, чья власть над Норой не несет в себе физической боли, но чьи секреты не менее болезненны. Этому лету будет суждено доказать старую поговорку: «Любовь причиняет боль».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но Микаэль знал эти знаки, видел их на своей собственной коже. Это были следы не от укусов или поцелуев. Большой и указательный пальцы, впившиеся в кожу, оставляли точно такие же синяки. Кингсли держали за шею, пока он занимался сексом с юным Отцом С.

– Нам всем нужно с чего-то начинать, правильно?

– спросила Нора, закрывая папку и убирая фотографию.

– Сорену и Кингсли совсем не стыдно, что они были любовниками, когда были детьми. Кингсли просто не хочет, чтобы кто-то знал, что он свитч.

– Я не скажу. Обещаю. Даже Гриффину.

– Знаю, - сказала Нора.

– Нам лучше идти. Они ждут.

Вместе они покинули личные комнаты Отца С в

Восьмом Круге, клубе, где он, Нора, Гриффин и Кингсли вовсю веселились несколько раз в неделю.

Через несколько дверей дальше по коридору были частные апартаменты Гриффина. Микаэль уже был предупрежден, что ему придется провести там много времени, обнаженным и связанным. Даже сейчас, войдя туда, без наручников и полностью одетым, он чувствовал себя голым и связанным. Неприкрыто уязвимым. Связанным с Гриффином.

Осматриваясь вокруг, он увидел Отца С и Кингсли Эджа, разговаривающими друг с другом вполголоса. Оба они были одеты во все черное, кроме белого воротничка Отца С и белого платка в кармашке сюртука Кингсли. Невероятно красивая женщина с темной эбеновой кожей, в сногсшибательном платье цвета слоновой кости сидела на черном кожаном диване. Кингсли щелкнул пальцами, и женщина встала и подошла к нему. Наверное, это была Джульетта. Нора рассказывала ему о ней – гаитянке-секретарше Кингсли, хранившей все его секреты в пределах

спальни, а Кингсли хранил ее. Джульетта ослепительно улыбнулась ему, и колени Микаэля практически подогнулись от силы этой красоты.

Нора подвела Микаэля в центр комнаты и встала рядом с ним. Гриффин вошел в черных брюках и черной шелковой рубашке, тоже босиком. Он бросил один взгляд на Ангела и направился прямиком к нему. Прежде, чем они смогли столкнуться, между ними втесалась Нора.

– Эй, полегче, Фиске. Тебе еще нельзя целовать саба. К ноге, мальчик, - приказала Нора, и Гриффин оскалился на нее.

– Тогда давайте покончим с этим. Мне нужно поцеловать его. Сейчас. Прямо сейчас, - сказал Гриффин, стараясь обойти Нору.

– Терпение - это добродетель, Гриффин, - сказал Отец С, и все они образовали свободный круг вокруг Гриффина и Микаэля.

– Я не видел его весь день. Это все, на что меня хватило, - отозвался Гриффин.

– Это только начало, - сказал Отец С.

– Давай.

Нора шагнула в сторону, и Гриффин вытащил из кармана черный кожаный ошейник, обернув его вокруг шеи Микаэля, застегнул и защелкнул на замочек. Микаэль закрыл глаза, чувствуя, как вокруг него обиваются

руки Гриффина.

– Я люблю тебя, - прошептал Гриффин.

– И ты принадлежишь мне.

– Да, сэр, - сказал Микаэль, улыбаясь.