Нора убрала солнечные очки на макушку. В ее зеленых глазах светилось сочувствие.
– Я уверена, она любит тебя, Ангел. И если она не придет тебе на помощь, у тебя всегда есть мы. Я попала в беду, когда мне было пятнадцать – в очень большую беду. Тогда, моя мать полностью отказалась от меня. Наш священник практически вырастил меня после этого. А как ты думал, я стала такой?
– Удивительно, - сказал он, и Нора сделала реверанс.
–
Твоя мама смирится с этим, наверное. Черт возьми, может быть, и моя мать в итоге примет мой образ жизни.
Микаэль надеялся, что это было правдой. Он скучал по своей маме. Они жили под одной крышей, но словно существовали в двух разных мирах.
– Я просто скажу ей, что на лето нашел работу в пригороде. Почти все прошлое лето я проработал воспитателем в детском лагере.
Нора задумалась.
– Когда выпускной? Ты должен выступать там с прощальной речью, не так ли?
– В среду вечером, хотя я могу пропустить. Я больше не самый лучший ученик, завалил экзамены по физике.
– Оу, прости, Микаэль.
– Не страшно. Я завалил их специально.
– Почему?
– Не хотел произносить речь с трибуны.
Он ожидал, что Нора отчитает его за очевидную глупость, но вместо этого она просто рассмеялась.
– Мне нравится твой стиль. Смотри, не пропусти церемонию выпуска. Даже я была на своей. Пришлю машину в четверг утром. Сатерлин вытащила блокнот и ручку из сумочки.
– Вот. Мой адрес электронной почты. Оставайся на связи, хорошо? Можешь спрашивать все, что угодно.
Дрожащими пальцами Микаэль ухватился за листок бумаги,
обменивая его на ключи от машины.
– Нора?
– сказал Микаэль, когда она открыла дверь машины.
– Что, Ангел?
Парень посмотрел на клочок бумаги в его руках.
– Спасибо.
Сатерлин улыбнулась ему.
– Всегда пожалуйста.
– Отец С... с ним все будет хорошо? Он все исправит, да?
– У него свои способы заставить других подчиняться его желаниям, и если он не хочет быть епископом, то всегда найдет выход.
Микаэль кивнул, желая верить ее словам. Сама мысль, что Нора и Отец С попадут в беду только за то, что любят друг друга, была ему ненавистна.
– Ты действительно думаешь, что ему придется иметь дело с прессой?
– СМИ сейчас в курсе всех скандальных дел церкви, так что, вероятно, да.
– Что он собирается делать?
Желудок Микаэля скрутило в тугой узел, но Нора только
улыбнулась в ответ.
– Наверное, то, что обычно делаю я, когда говорю с репортерами - заставляю их буквально выпрыгивать из штанов от любви и восхищения.
– Есть что-нибудь?
– спросила Сюзанна, вытягивая ноющие руки вперед.
– Не так много. Каждый раз, когда я натыкаюсь на ссылку на Маркуса Стернса, все что получаю - это эссе о высылке французских гугенотов.
– Я тоже, - сказала Сюзанна и закрыла ноутбук.
Она посмотрела на свои заметки.






