ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Его выбор, Автор - Алмазная Анна, Серия - Хроники Виссавии, , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Его выбор Алмазная Анна Его выбор, Автор - Алмазная Анна, Серия - Хроники Виссавии, , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Преддверие бури. Пролог Гениальные люди — это метеоры, призванные сгореть, чтобы озарить свой век. Наполеон Бонапарт Ждать было тяжело. Все раздражало, в особенности осень, что в этом году затянулась невыносимо. Завязла как муха в меду, разбросала по двору листья и душила горьким ароматом пижмы. Ненавистная школа белела меж каштанов, ветер гонял по двору колкий песок. Арман ждал. Сгорал от нетерпения и ждал. Лежал на верху широкой стены, окружающей двор, старался слиться с каменной кладкой, и молился, чтобы учителя не нашли его раньше времени. Он слышал, как шептался с библиотекарем управляющий, что сегодня в школу тайно прибудет сам телохранитель повелителя! А как же ему прибыть, как не через задний двор… если тайно. Арман не любил магов, но увидеть кого-нибудь из телохранителей мечтал давно. Почувствовать «знаменитую» силу, что, говорят, даже сильных ставила на колени, вызвать на поединок. Что толку вызывать каких-то сопливых мальчишек? Вот телохранителя повелителя, это да! И пусть Арману только одиннадцать, пусть его сразу победят, но попытка того стоит! И удовольствие от настоящей драки того стоит! — Что же ты натворил! — раздался злой шепот со стороны шко

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они долго оставались у реки, до самого рассвета, молча. Брэн сидел, прислонившись спиной к березе, Рэми опустил голову на его колени и смотрел, как

серебрил лунный свет неугомонную, журчащую реку. И слушал, слушал уже не пытаясь попросить замолчать, голос внутри.

Я так долго ждал такого, как ты...

А назавтра небо хмурилось тучами. Нестерпимо пахло свежескошенной травой. Утренний воздух, чистый, вешний, будоражил душу, стряхивая с плеч тяжесть боли.

На площади возле тяжелого, приземистого храма рода собралась вся деревня. Простые мужики были слегка напуганы, мяли в руках шапки, маялись в праздничных чистых одеждах. Чуть поодаль стояли, явно скучая, дозорные.

Рэми быстро разделся и отдал плащ мрачной, почему-то бледной матери. Босой, в тонкой тунике до пят, вместе с тремя другими юношами он встал на колени посреди площади. Дрожа то ли от утреннего холода, то ли от напряжения, волчонок все никак не осмеливался поднять головы и оторвать взгляда от темно-коричневого песка. Жерл говорил, чтобы глаз Рэми не поднимал, потому что архан дерзости не любит… да разве Рэми дерзкий?

Не бойся, ничего они тебе не сделают. Не бойся,

мой мальчик....

Рэми не боялся. Он почему-то знал, что все будет хорошо, знал, что Брэн и Жерл не правы, и ему ничего не грозит, и совсем не боялся этого архана, как и никому не нужного, глупого обряда. Гораздо больше беспокоил его голос внутри, становившийся все более громким и настойчивым, а еще более — собственное нежелание от этого голоса избавляться. Ведь боль после смерти Захария никуда не делась, свернулась внутри отравленным комком и саднила, саднила. А голос успокаивал. Лил прохладу на боль и на миг дышать становилось легче...

Знаю...

Все более усиливался ветер, жалобно стонали тополя, растущие по краям площади. Заскрипел песок под чьими-то ногами, усталый раздраженный голос приказал:

— На меня смотри!

Один из коленопреклоненных юношей шевельнулся, шумно втянул воздух, чуть слышно застонал.

Рэми скосил глаза. Лен, первый в шеренге посвящаемых, молодой, обычно задиристый и бесшабашно грубый, теперь был бледен как снег. Глаза его расширились от ужаса, по щеке, подобно слезе, сбежала капля пота, на запястьях вспыхнула желтым татуировка.

Наверное, это больно. Точно больно… Рэми, как и каждый кассиец знал — магические знаки не любят, когда их тревожат.

Разве ты боишься боли?

Нет, Рэми не боялся, но в сторону архана посмотреть так и не решился. Вновь перевел взгляд на песок и с трудом унял охватившую дрожь. Слабости показывать нельзя, это Рэми понял уже давно. Слабости тут не прощают.

Ты и не слаб...

Ветер вдруг утих. Ударила по ушам тишина между порывами. И в этой тишине раздался тихий вздох облегчения.