Его глаза - первая черта в нем, которая завладела моим вниманием - сейчас невероятно голубые в свете ламп из ванной.
Он ласкает ладонью мою щеку.
— Я люблю тебя, Рания Ли.
Я вновь собираю все свое мужество и говорю ему то, что хочу:
— Займись со мной любовью, Хантер.
Касаюсь его мужества, твердого как камень. На кончике собралась жидкость. И все же, когда я обхватываю его, кожа мягче щелка, и мне нравится эта восхитительная противоречивость, нравится, как Хантер извивается, когда я так касаюсь его. Так же, как мне нравятся его губы на мне и мое имя у него на губах.
Я люблю
его
.
И даже здесь, в невероятно роскошном доме, который он зовет кондоминиумом, я все еще не могу поверить, что такой мужчина, как Хантер, может любить
меня. Проститутку.
Но я ведь не проститутка, так?
Хантер расстроится, если узнает, что я думаю так о себе. Нужно прекратить. Я
не
шлюха.
Я
не
Сабах.
Я - Рания Ли, и я - жена Хантера.
Хантер целует меня, и я теряюсь в его поцелуе, в его сильном жестком теле, прижатом к моему. Я готова. Откидываюсь на спину в такую знакомую позу и готовлю себя к нему. Хантер целует меня, упираясь ладонями в кровать рядом с моим лицом, медленно нависая надо мной.
Не могу справиться с ударившей в голову паникой от чувства, что воспоминания о том, как много мужчин нависало надо мной, накрывают меня. Я вонзаю ногти в плечи Хантера и борюсь так сильно, как могу, но проигрываю. Дышу коротко и хрипло. Задыхаюсь. Я плотно закрываю глаза и сжимаю колени. Хантер что-то шепчет мне на ухо, но я не слышу его, не понимаю.
Потом в одно движение Хантер хватает меня за талию и перекатывает так, чтобы я лежала на нем. Упираюсь лбом в его плечо и плачу.
— Прости, Хантер. Я... я не могу. Думала, что у меня получится, но...
Он касается моих губ.
— Эй, все хорошо. Я не подумал. Не знал, что это так на тебя повлияет. Все хорошо.
Не могу перестать плакать. Я подвела его; не могу сделать то, чего так сильно хочу и чего - я знаю - хочет он.
— Прости, Хантер, — я хочу встать с кровати, чтобы убраться подальше от него, от его разочарования.
— Эй, погоди секунду, — говорит он и не позволяет мне двигаться. — Посмотри на меня.
Поднимаю лицо, и он большими пальцами стирает мои слезы. Хантер целует меня, и на мгновение
я снова теряюсь в небесном блаженстве его губ. Я вновь начинаю забываться, голод к нему растет внутри; я отчаянно целую его.
Он отстраняется и встречается со мной взглядом.
— Знаешь, это не единственная поза.
— Что? — поначалу я не уверена, о чем он говорит.
— То есть... слушай, я не пытаюсь торопить тебя или давить на тебя. Если ты не можешь, если ты не готова, все абсолютно в порядке.
Я качаю головой.
— Хочу. Просто... это так напугало меня. Так много всего в голове и сердце, что я не могу дышать. Но я не хочу тебя подводить.






