Хантер обхватывает мое лицо и прижимает ближе к себе. Он двигается выше, и теперь я сижу на нем верхом, оседлав талию, будто он - конь, а я - наездница.
Его глаза сверкают.
— Ты никогда, никогда не сможешь подвести меня, Рания. Если ты не готова, то все в порядке. Я хочу, чтобы ты этого хотела. Когда ты захочешь. Как ты захочешь. Только то, что ты захочешь. Понимаешь? Ты не можешь меня разочаровать, и ты никогда этого не сделаешь. Даже не думай об этом.
— Я действительно этого хочу. Это ставит меня в тупик, Хантер. Большая часть меня хочет этого, хочет тебя. Но... оставшаяся часть боится; эта часть чувствует страх, когда ты нависаешь надо мной.
Хантер
улыбается и потирает мои бедра. От его прикосновений я выпрямляюсь. Руки Хантера скользят вверх, все ближе к моей сердцевине, и во мне разгорается желание. Я чувствую влажное доказательство моей нужды в нем, в том, чтобы он наполнил меня и согрел изнутри.
— Мне не нужно быть над тобой, — говорит он.
— Нет?
— Нет, — шепчет он, улыбаясь.
Хантер скользит руками по моему телу, сжимает грудь, касается плеч и спины, прежде чем остановиться под ягодицами и приподнять меня. Я наклоняюсь вперед, упираясь руками в его грудь. Моя женственность теперь повисла над его телом. Хантер немного двигается подо мной, и я чувствую, как мягкий толстый кончик его мужества толкается в мой вход, просто невесомо касаясь.
Я удивленно хрипло вдыхаю.
— Так?
Он мягко выводит круги на моей спине.
— Да, так, моя любовь.
Моя любовь
.
Эти слова поражают в самое сердце, проникают в самые сокровенные уголки моей души. Я его любовь. Как такое возможно? Как я могу быть достойна его любви?
Хантер ждет. Наблюдает за мной. Он никогда ничего не сделает, пока не будет уверен, что я этого хочу. Он напряжен и нуждается во мне. Я могу чувствовать, как это витает в воздухе. Целую Хантера и пробую его нужду на вкус с его губ, языка, дыхания.
Он чувствует мою нужду? Он нужен мне. Я хочу его. Но Хантер не двигается, просто ждет, и, думаю, он не сделает это за меня. Я должна сделать это сама.
Горло пересохло и сжалось, я покрываюсь потом, и дрожу на нем. Сижу на бедрах Хантера, а его подтянутый мускулистый живот упирается в мою сердцевину. Руки Хантера вокруг меня, они на мне.
— Поцелуй меня, и я смогу сделать это, — говорю я.
Он медленно сближается со мной, до последнего момента не отводя от мен глаз. Смотрю, как его глаза закрываются, когда мы соприкасаемся носами, а потом и губами, я почти теряюсь в сладком забвении. Протягиваю руку между нашими телами, сжимаю его мужество, направляю
его к своему входу, ввожу внутрь и останавливаюсь.
Он знает, что мне нужно услышать.
— Я люблю тебя, Рания.
Он внутри меня. Я могла бы взорваться, разойтись по швам, потому что он безостаточно заполнил меня.






