Я знала, что он тоже больше не испытывает сомнений в своих чувствах ко мне, но оказалось, что все еще сомневается в моих к нему.
Я прервала поцелуй и улыбнулась ему.
— Что я могу сказать? Тебе это все-таки удалось.
Бонус. Альтернативный эпилог 1: драматический
У входа в палату я нерешительно остановилась и заглянула в нее через небольшое окошко в двери. Маркус лежал на больничной кровати с закрытыми глазами, монитор отслеживал его пульс и давление, и насколько я могла судить, все было в норме. Впрочем, иначе его бы и не перевели в обычную
палату.
Он пришел в себя не так давно, и мы еще не виделись с тех пор. Забавно, я навещала его каждый день, пока он не мог этого видеть и осознавать, а как только у нас появилась возможность общаться, я затаилась.
Но сегодня я наконец заставила себя навестить его. Разворачиваться на пороге не имело смысла, поэтому я толкнула дверь и вошла в палату.
Его веки дрогнули, он открыл глаза и посмотрел на меня. Слабо улыбнулся. Несмотря на то, что его лечением занимались и наши медики, и штатные маги Корпуса, он все еще был очень слаб.
— Привет, — хрипло поздоровался он, нащупывая кнопку, которая поднимала верхнюю часть кровати и позволяла ему принять почти сидячее положение.
— Привет, — эхом отозвалась я, приближаясь к нему.
После недолгого колебания я присела на краешек его кровати. Хотела взять за руку, но остановила
себя. Это ведь не тот Маркус, с которым я провела ночь в подземном хранилище.
— Как ты себя чувствуешь?
Он едва заметно пожал плечами.
— Сбитым с толку. Трудно принять то, что прошло два с половиной года и… все остальное.
— Значит, тебе уже все рассказали, — облегченно выдохнула я. Честно говоря, я не хотела быть тем человеком, которому придется объяснять про химер.
Маркус кивнул.
— Да, я знаю, что ты познакомилась с Ангелиной и с… тем, другим.
Та неловкая улыбка, которую мне удавалось изображать, погасла, в груди больно кольнуло. Маркус-химера называл настоящего Маркуса так же — тот, другой. И это пробудило воспоминания, которые я гнала от себя больше двух недель.
Выстрел прозвучал, когда до двери оставались считанные метры. Я словно налетела на невидимую стену, остановилась, не чувствуя в себе сил сделать последние шаги и толкнуть дверь. Не чувствуя сил даже вдохнуть.
Я так и не вошла в ту комнату. В голове крутились слова Маркуса: «Я хочу, чтобы ты запомнила
меня таким». Он не дал мне взглянуть на Лину и наверняка не хотел бы, чтобы я видела его тело.
Поэтому я осталась в коридоре, опустившись на пол и прислонившись спиной к стене. Так и сидела там, глядя перед собой и ничего не видя, пока кто-то не увел меня.
Если бы только я соображала быстрее.
Если бы только он дал мне больше времени.
Если бы… Снова эти «если бы», вопросы и сожаления.






