— Хочу напомнить, что во время штурма Корпус уничтожил всех «коллег» того наемника, и никто из нас не раскаивается в этом.
Берт повернулся ко мне всем корпусом, стараясь поймать взгляд, который я снова перевела на собственные руки, сложенные на столе.
— И тебя не пугает тот факт, что в мире будет жить твоя копия? Извращенная копия?
Я покачала головой, но не посмотрела на него.
— Меня это тревожит, — признала я, — но не пугает.
— Меня тоже не пугает, — бодро заметил Фрай и улыбнулся. — Я считаю, что одна Нелл — это хорошо, а две — еще лучше. Мир от этого только выиграет.
— Должен признаться, я согласен. — Взгляд Антуана потеплел. Он повернулся к Маль и велел: — Сосредоточьтесь на поиске способа остановить доминирование хамелеона. Для начала — хотя бы сдержать. Если выйдет — обратить.
Брови Маль взметнулись вверх, но она никак не прокомментировала это поручение, только кивнула и почти незаметно
покосилась на меня.
— Если будет нужна помощь магического департамента, то мы к вашим услугам, — великодушно предложил Фрай.
— А мы не помешаем вашему грандиозному проекту с Аркой? — с сомнением уточнил Антуан. — Даже я не знаю его деталей, но я слышал, что он очень важен.
Фрай закатил глаза и скорчил такую забавную гримасу, что я против воли улыбнулась.
— Да у нас почти все готово. А вот наши аналитики все пересчитывают. Похоже, нас дернули ощутимо раньше времени. Так что проект грозит перейти в режим ожидания схождения потоков… — он одернул себя и замолчал. — В общем, у меня есть время.
— Хорошо, тогда с этим решили, — резюмировал Антуан. — Остается Маркус.
— Вы считаете, что к нему должен быть применен другой подход? — на этот раз вслух удивилась Маль.
— Как бы мне ни был симпатичен Маркус Фрост, — печально заметил Антуан, — его копия кажется мне довольно опасным существом. Он убил Рантор. Хладнокровно удавил голыми руками. И он едва не погубил Нелл. Он пришел
к нам, лгал, манипулировал…
— Вы же слышали его и Лину, — вмешалась я. — У него были на то причины. Он пытался защитить своего ребенка.
— Это не дает ему право на убийство, — возразил Берт. — Я думал, ты будешь последней, кто станет его защищать. После того, как он едва не угробил тебя!
Я не знала, что на это ответить. Берт был прав: не мне было выгораживать того Маркуса, что продолжал сидеть в маленькой переговорной и ждать. Но что-то во мне изо всех сил сопротивлялось тому, чтобы обречь его не смерть. Если я буду готова поступить с ним так, как он был готов поступить со мной, разве не поставит это нас на один уровень? Разве не будет это означать, что я такой же монстр, как и он?
— У нас нет права судить его и приговаривать, — только и смогла сказать я в ответ.
— Тогда, полагаю, надо передать его правопорядку, — предположил Антуан.






