Мне жаль, что я не могу прочитать ее мысли, но в выражении ее лица больше любопытства, чем возбуждения. Айла не бежит ко мне, не обнимает. Она ведет себя сдержанно.
— Прости, что причинил тебе боль.
Айла не двигается. Все не так, как я себе представлял. Она не бежит в мои объятия, не целует меня и не плачет от радости. Не прыгает от того, что появилась возможность наладить наши отношения. Вместо этого она выглядит нерешительной.
Я выдыхаю.
— Что ж, это все, что я хотел сказать.
И только когда я уже почти ухожу, она просит меня подождать. Когда я снова бросаю на нее взгляд, она идет ко мне.
— Ты должен мне кое-что пообещать, — говорит она, нахмурив брови.
— Все, что угодно.
— Ты не будешь припоминать мне это всю нашу оставшуюся жизнь. Я хочу оставить все позади. Если простил меня, если хочешь двигаться вперед, никогда не возвращайся к этому.
Я делаю глубокий вдох, обдумывая ее просьбу.
— Даже когда мы будем ссориться, — добавляет она. — Никогда, ни за что не припоминай мне этого.
Она смахивает темную челку с глаз и прижимает руки к груди, терпеливо ожидая ответа.
— Договорились, — соглашаюсь я. — Я больше никогда не буду
говорить об этом. Но и ты должна пообещать мне кое-что.
— Что именно?
— Никогда не скрывай от меня ничего, — прошу я. — Даже если считаешь, что защищаешь меня. Даже если думаешь, что это навредит мне. Даже если полагаешь, что так будет правильно.
— Обещаю.
Я подхожу к ней, обнимаю за талию и притягиваю к себе. Вдохнув, я чувствую, как мое тело расслабляется с каждой секундой. Обхватив ладонью ее щеку, я приподнимаю подбородок Айлы и медленно целую мягкие губы.
Она скользит руками по моей груди, цепляется за плечи, целуя меня. Оторвавшись от нее, я беру ее за руку. Мы идем к ближайшей кровати и раздеваемся. Я расстегиваю ее блузку, она расстегивает свои штаны, и мы снова целуемся. Ее бархатный язычок скользит по моему, и через мгновение мы становимся обнаженными, а мое тело нависает над ней на кровати.
Ее грудь наливается, соски напрягаются, и я провожу языком вокруг чувствительного бутона, прежде чем пробежаться пальцами по ее центру. Широко раздвинув ей бедра, я скольжу пальцем внутрь ее мокрой киски, а затем пробую ее на вкус.
Боже, как я скучал по этому.
В последний раз я не очень
наслаждался
ею...
Во
всяком случае, не так.
Айла притягивает меня к себе, пока ее тело плотно не прижимается к моему, а ноги не оказываются закинутыми на меня. Мой член в полной боевой готовности, пульсирует и трется о ее складочки, когда она выгибается подо мной.
Я целую ее полные губы снова и снова, не торопясь, и она тянется вниз, протягивая руку между нами и обхватывая мой член, и начинает ласкать свой клитор.
— Скажи мне, — умоляет она, затаив дыхание и поднимая руки вверх, — ты был с кем-то еще?
Я качаю головой.
— Нет.






