Что это лучше, чем оставлять надежды, которым не суждено сбыться. А когда я опомнился, когда понял, как мерзко поступил, как сильно накосячил, уже было слишком поздно. Всё покатилось под откос, полетело в тартарары… И никакие цели всего этого не стоили, поверь… Ты хочешь, чтобы я был с тобой честен, — Святослав чуть отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — Хорошо. Я честно тебе говорю, что не знаю, что делать дальше. Я запутался. Я не могу сейчас пообещать тебе многого… Я не зову тебя под венец, я не представляю себя в роли отца семейства, такого, как у Кедровых. Я не готов, извини. Пока не готов. Я просто хочу, чтобы ты была рядом. Я хочу узнать тебя новую ближе, хочу знать, чем ты живёшь и дышишь, мне это на самом деле интересно. Я хочу засыпать и просыпаться с тобой. Я хочу показать тебе мир — ты даже представить не можешь, сколько мест действительно стоит того, чтобы их посетить! Давай побываем там вместе! Давай попробуем, Жень. И возможно, когда-то, через год, через два, через десять, ты снова сможешь доверять мне. Я сделаю всё, чтобы смогла…
— Мы живём в разных городах… Тоже будем играть в любовь на расстоянии? — вернула она Святославу его же слова.
— Тебя что-то держит здесь? Что-то по-настоящему важное? Ты можешь переехать ко мне, у меня просторная квартира, тебе понравится, я уверен. Особенно вид из окна… Да к чёрту вид! Я действительно хочу, чтобы ты просто была рядом. Мы и так потеряли слишком много времени…
— У меня здесь работа. Ипотека…
— Ну если ипотека! Это, конечно, весомый аргумент… — внезапно скорчил серьёзную гримасу Святослав.
— Дурак, — Женька легонько толкнула его в плечо.
— А хочешь я к тебе перееду? — вдруг предложил он. — Нет,
я всерьёз. Мне ведь ещё перед Толиком ответ держать… — он громко выдохнул, вороша пятернёй волосы на затылке. — Как подумаю, и возвращаться не хочется… Прям вижу, как он точит свой крюк.
— Какой крюк? — удивлённо нахмурилась Женя.
— На который подвесит меня за яйца… — хмыкнул он. — Поверь моему опыту, заводить интрижку с младшей сестрой босса — это вторая из самых больших глупостей, которые я совершил в этой жизни.
Что Слава подразумевал под первой, Евгения, конечно же, догадывалась.
— Чёрт. Всё действительно сложно, — только и ответила она, понимая, что он шутит и, скорее всего, не оставит свой бизнес, несмотря на трудности, которые ждут его с партнёром.
— Нет, Жендос. Сложно было вчера. А сегодня… Сегодня я счастлив! — он снова улыбался.
— По тебе и не скажешь.
— Всё так плохо, да?
Женя красноречивым взглядом окинула Святослава. Небритый, с запёкшейся ранкой на брови и припухшим кровоподтёком под ней, усталыми глазами с сеткой красных сосудов, и в одежде, измятой, пропахшей табаком и алкоголем.
— Ну-у… Выглядишь на троечку по десятибалльной шкале.






