Паша хотел было приободрить девочку, уже открыл рот и набрал полные лёгкие воздуха, но вдруг она спросила:
— Куда попадают люди когда умирают? Нет, я говорю не про тела, которые сваливают за одной из стен в большую яму или отвозят на чернуху. Я спрашиваю куда уходит его… душа.
Музыкант решил, что ещё успеет приободрить девчонку, а пока не будет столь навязчивым и ответит на её вопросы. Он переплел пальцы рук, подпер ими грудь, выдохнул и сказал:
— Ну как же куда? В рай.
— А там тепло?
— Там очень тепло. Так тепло, что можно даже без одежды ходить. Голым.
— Врёшь.
— Не вру. Это правда.
— А
сколько там дают талонов?
— Сколько захочешь, столько и дадут.
— Неправда. Не может быть, — вспылила девочка, завидуя всем тем, кто живёт в раю.
— Ещё как может. Там всегда светит солнце, очень тепло, еды полно, — он вздохнул. — Там все счастливы, — выдохнул.
Она отвела взгляд куда-то влево, даже не в сторону Максима, но на этот раз не из-за стеснения, а поддавшись размышлению и собственным раздумьям.
— А почему тогда нам всем не умереть и не отправиться в рай? Если там так хорошо… — Наконец спросила она.
— Ну, это неправильно. Так нельзя. Сначала нужно прожить свою жизнь полностью и умереть уготованной тебе участью. А потом рай. Вот так вот.
— А зачем это?
— Так надо. Я сам точно в этом не разбираюсь, так что лучше спроси у отца. Он старше меня и, скорее всего, больше знает об этом.
— Он может не вернуться. Я не знаю
увижу ли я его ещё… — её глаза пересохли, как пересыхает скалистый берег перед тем, как об его рифы разобьётся волна.
— Встретишься, встретишься. Ещё как встретишься. Он обязательно вернётся. Не может же он оставить свою дочку на произвол судьбы? Я бы такую дочурку ни за что не оставил! Вернётся!
Павел старался приободрить её. Проникал лучом надежды в маленькое сердечко и жёг чужую тоску.
Дверь неожиданно и широко распахнулась. Скрипач обернулся, чтобы разглядеть гостя, но с первого раза не получилось. Человек был одет в белое. Силуэт был смазан задним фоном в виде заснеженной улицы. Ветер остро подул внутрь, напёр на дверь, не давая закрыть её. Павел нырнул взглядом в дверной проём, различил в белом силуэте женские черты.
Двое мужиков в чёрном подоспели на помощь даме, напёрли на дверь, побадались с ветром чуток и захлопнули её. Отряхнулись, вернулись в свой уголок. Женщина принялась бегло рыскать глазами меж рядов столов и стульев.
Паша краем глаза заметил какое-то движение сбоку от себя. Это девочка пряталась под стол.
Парень
нырнул вслед за ней, схватил её за локоть.
— Ты что, негодница, сбежала из лазарета? Так и знал! Сама ведь сказала, что болеешь.
— Не сбегала я! — Зашикала она на него в ответ, прикладывая указательный пальчик к своим маленьким губам.
— А кого тогда ищет медсестра?
— Не знаю.






