Остальная стайка, сочувственно вздыхая, сбившись в кучку, сидели на небольшом отдалении, со страхом поглядывая на меня.
Вернувшиеся водоносы, сочувственно поглядывая на связанных, проскользнули мимо меня. Вчерашняя подружка Аи, рыжеватая девчонка-подросток с расцарапанной щекой, остановившись, вопросительно качнула мешком в их строну. Я кивнул. Подойдя к ним, она по очереди напоила их, что-то шепча.
От костра позвали щенков кормить. Поднявшись и оглядываясь на пару сидевших с Тзя, они неохотно пошли к костру. Пара оставшихся еще сильнее вцепились в нее и замерли. Мда, я еще и сирот тут наделаю.
Подошедшая Рыжая, что-то шепча, стала тянуть их к костру. Очнувшаяся Тзя что-то тихо им проговорила, и они неохотно пошли с Рыжей.
Вышедший из норы Хромой, подойдя ко мне, уселся сбоку и произнес.
– Ждем.
– Да, ждем. А чего ты ждешь от меня?
– Ты теперь глава и хозяин, ждем. Запасы смотреть пойдешь?
Они всем родом мои рабы!!! Я их должен кормить и поить. Заботиться и защищать. Повернувшись к Хромому я заметил как хитро блеснули его глаза.
– Угодья
покажу. Сейчас поедим, и можно начать.
Он махнул в сторону костра. Рыжая, подхватив корзинку и туесок с водой, подошла и оделила нас скудной порцией печеных корней рогоза.
– Я убью двоих и уйду.
Оторвавшийся от корня Хромой поднял голову, подумал, покачал головой и ответил.
– Не убьешь, хорошие самки, крепкие. Будет трудно без них. И не уйдешь. Ты теперь хозяин.
А ты, видимо, именно на это и рассчитывал. Только дошел я до своего народа и уже глава такого нищего рода. Хотя возможно они сейчас все такие. Поспрашиваем теперь.
– Жуй быстрее, Хромой, у нас сегодня много дел.
Глава 2
Проглотив быстро свою порцию, я подошел к провинившимся. Махнув рукой, позвал остальных орков, замерших у костра. Присев перед ними, заглянул по очереди в глаза обеим. Спокойные и все понимающие у Тзя и горящие и яростные у Аи. Дождался, когда утихнет топот подбежавших.
– Я хозяин, вы мои рабы. Развяжите их.
Рыжая с еще одной девчонкой упали на колени, зубами развязывая им руки. Ая, как только ее руки были развязаны, попыталась вскочить и покатилась по земле от тяжелой оплеухи, полученной от разминавшей свои руки Тзя.
– Его кровь ведет твоего отца и брата. Забыла? И я тоже, глупая, жадная жаба. Ты хозяин, я твоя рабыня. Я буду служить тебе и отдам свою кровь, когда ты скажешь.
За спиной у меня остальные орки хором произнесли формулу признания, повалились на колени.
Приподнявшаяся Ая потемнела лицом и, ткнувшись головой в землю, повторила клятву. Повернувшись к Тзя, я достал из-за пояса нож в ножнах и протянул его ей.
– Тзя, старшая. Показывай.
Она, не вставая с колен, двумя руками взяла нож и прижала его к груди. Поклонившись мне в землю, засунула его за пояс и встала.






