— Вы жених и невеста?
— Ну я бы не стала так радикально ставить вопрос, — попыталась увильнуть от ответа его несговорчивая няня.
— Да или нет! — завопила Ева.
— Да, — сказал Адам.
— Нет, — сказала Ася.
— Издеваетесь над ребенком? — возмутилась Ева.
— Что значит — да? — Ася села на кровати, сорвала с глаз маску и развернулась к Адаму. — С какой стати — да?
— А кто вчера просил моей руки и сердца у моей мамы? — засмеялся Адам, на всякий случай перекатываясь на другой конец кровати. — Она мне звонила в страшном волнении.
— Кто просил твоей руки? Кому надо твое сердце? — она бросила в него подушкой. — Я что, уже и навестить не могу человека?
— Значит, жених и невеста, — сделала вывод Ева, — пойду-ка я с Васькой пока поиграю.
И убежала, хихикая и закрывая за собой двери.
Ася хмурила брови и смотрела ей вслед.
— Дорогое
мироздание, — Адам посмотрел на потолок с лепниной, — спасибо тебе за такую дочь! — и опрокинул Асю обратно в развал одеял и подушек.
39
— Ты можешь мне внятно объяснить, — спросила Вика, влетая в их кабинет. Она пошла за кофе и провалилась куда-то на добрых полчаса, — почему вся контора считает, что твоя чокнутая няня ходит в твоих невестах?
— А это, наверное, Ева прошлась по офису, — объяснил Адам благожелательно.
— Да с чего она вообще это взяла?
— Ну, у меня очень умный ребенок.
Вика обрушила на его стол кипу папок. Адам едва увернулся от этой лавины.
— И ты, Брут, — воскликнул он. — Приступай быстрее, у нас еще полно работы.
— К чему? — запнулась она.
— Ну ты же сейчас будешь меня воспитывать. Говорить, что я свихнулся. Про разницу в возрасте. Про наших раздельных детей. Про то, что моя няня чокнутая. В последнее время все вокруг только и заняты тем, что рассказывают мне, как сильно мы с Асей не подходим друг другу.
— Тебе не приходило в голову, — Вика стряхнула собственноручно организованную гору папок и присела на стол, чтобы пригладить его волосы, — что все вокруг правы, а ты дурак?
— Приходило, — с Асиным простодушием признался Адам. — Но я подумал, какая разница, дурак я или умный. Предпочел мыслить категориями счастлив или не счастлив.
— Больше разума в твоем теле, чем в твоей высшей мудрости, так говорил Заратустра, — и она, наклонившись, поцеловала его в щеку. Адам дернулся.
— Что на тебя нашло?
— Добрый дух. На самом деле между тобой и Асей я бы тоже выбрала Асю. Ты нытик и самодур одновременно,
худшая комбинация из всех возможных. Мне памятник требуется из золота за то, что я столько лет разруливаю твои проблемы с коллективом и выношу твои закидоны.
— Что-то мне подсказывает, что ты опять просишь повышения.






