— Ты ведь был вчера на пресс-конференции. Они нашли тело одной из девочек. Ее имя было в моем списке, который я передала организации неделю назад.
— Ах да, список, — кивнул он рассеянно, вновь принимаясь перебирать бумаги, словно список мог оказаться там. — Так ты знала ее лично? Эту девочку? — он снова поднял глаза.
— Нет, но…
— Эль, — снова прервал он меня. — Позволь я буду называть тебя так?
Он спрашивает это сейчас? После одного секса и неудачного второго свидания, которое тоже должно было закончиться в горизонтальной плоскости?
— Эээ… Наверное.
Этот разговор нравился мне все меньше.
Поль сцепил руки перед собой на столе и сказал, взвешивая каждое слово:
— Послушай, Эль. Рядом идет война. Мы не можем защитить и спасти всех детей, как бы сильно мы этого не хотели. Я знаю, что тебе больно это слышать…
— Девочка не погибла на войне, Поль, —
на этот раз его прервала я. — Ее жестоко изнасиловали и задушили на территории Туниса.
Повисла тишина.
Поль слабо кивнул, печально опустив уголки губ, и помолчал какое-то время, явно желая почтить ее память.
— Так вот… — снова заговорил он. — Ее тело нашли недалеко от границы, Эль. Ты знаешь, что южные границы Туниса то и дело нарушают ливийцы. Знаешь, для чего? Они часто похищают людей или убивают их в своей стране, а после подкидывают трупы в Тунис. Это нервы, Эль. Ты провела в горячей зоне полгода, и тебе нужно вернуться домой, чтобы «не перегореть» на работе.
— Знаешь, что Поль? Мне кажется, что из нас двоих это у тебя есть все шансы «перегореть». Ты спокойно сообщаешь мне, что я должна наплевать на судьбу своей воспитанницы и просто вернуться в свою страну.
Поль посмотрел на меня долгим странным взглядом.
Медленно кивнул.
— Да, именно это я и предлагаю. Тебе — вернуться домой. А специальной комиссии из профессионалов — заняться тем делом, которое они умеют лучше всего. Ты всего лишь детский психолог, Эль. Ты не арабка, не из полиции и даже не мать этой девочки.
Я резко выпрямилась. С таким же успехом он мог просто отвесить мне пощечину.
— Хочешь сказать, что мне не о чем переживать и комиссия из специально обученных людей найдет всех остальных девочек и мою Замиру, в том числе, живыми и невредимыми. А то, что ее имя есть в моем списке пропавших детей, это просто совпадение. Да, Поль?
Поль развел руками.
— О чем я и говорил, Эль. Тебе просто необходимо отдохнуть! Замира Мухаммед — не твоя. Она не принадлежит и никогда не принадлежала тебе, Эль. Послушай, — он коснулся моей руки через стол, — я твой друг и отношусь к тебе как к хорошему другу. Я желаю тебе добра. Ты восприняла слишком близко судьбу этой погибшей девочки
и теперь чересчур сильно переживаешь из-за Замиры. Тебе нужно сохранять дистанцию, разделять свою и их жизни, Эль, иначе это непрофессионально с твоей стороны.






