— Непрофессионально? — ахнула я.
— Именно так. Послушай, давай я пробью по своим каналам тебе новый билет, хотя его сложно будет найти сейчас, в разгар сезона, но я помогу тебе.
Во имя всего, что у нас было.
— Это строчка из Бодлера, Поль?
Он пожал плечами и улыбнулся.
— Может быть.
Я нагнулась ниже к столу, вынуждая его податься ко мне.
— Знаешь, что такое действительно настоящий непрофессионализм, Поль? Это не реагировать на регулярные исчезновения девочек. Это нежелание оторвать свою задницу со стула и поехать туда, на границу, чтобы убедиться, что ее тело слишком далеко от границы, а еще от маршрута автобуса, в который ее предположительно посадили в лагере, но она почему-то так и не доехала до Столицы. Вот что такое непрофессионализм, Поль. Вот, что такое «перегореть». Это сидеть в офисе под кондиционером и перебирать бумажки.
Поль скривился, как будто хлебнул лимонного сока и сжал пальцами переносицу.
— Мне больно слышать такое от тебя, Эль.
— Так сделай что-нибудь. Собери достаточно людей, пусть опросят всех тех беженцев, которых перевозили вместе с другими пропавшими девочками. Не может никто ничего не знать. Не могут дети сесть в автобус, а потом случайно оказаться мертвыми в пустыне! И они не могут делать это с такой регулярной эпизодичностью!
— Я понял тебя, Эль, — холодно отозвался Поль. — Не продолжай.
Ни черта ты не понял, Поль.
Он молча уставился в бумаги перед ним. Пауза затягивалась.
— Я могу идти? — первая произнесла я.
Он поднял глаза. Неужели они всегда были у него такими, как два крохотных голодных
клопа, впившихся в лицо?
— Задержись еще на секунду. Есть небольшая загвоздка с твоим номером в отеле, Эль. Его оплачивала миссия, пока ты числилась в ее рядах, но сейчас, учитывая, что ты уже получила свои отпускные и, фактически, не должна быть в Тунисе… Организация больше не может оплачивать комнату в отеле. Тебе нужно съехать, Хэллен.
Я сглотнула.
— Не проблема. Я буду платить за эту дыру сама.
— Боюсь, в отеле не будет свободных номеров, — прожигая меня взглядом, сказал Поль. — Миссия сотрудничает с этим отелем на постоянной основе и скоро в отведенные для них номера поселятся другие люди. Прости за неудобства, но надеюсь, ты войдешь в наше положение. Если передумаешь, и тебе все-таки понадобится помощь с обратными билетами, не стесняйся, обращайся ко мне, Эль.
— Обязательно.
Я медленно поднялась и покинула кабинет. Прощаться со мной Поль не стал.
Я миновала коридоры, никого не встретив, словно все договорились меня избегать, а когда пересекла КПП, то седой охранник попросил мой пропуск и сказал на французском:
— Простите, мисс, но ваш пропуск просрочен. В следующий раз я не смогу впустить вас, если только у вас не будет назначена встреча с кем-то из Организации. Прошу отдайте его мне.
Как сегодня.






