В глаза посветили фонариком. Ей что-то вкололи, и всё разом стало не таким важным.
Макс поднял её на
руки и куда-то понёс.
Она, кажется, потеряла сознание, пытаясь отыскать в поглотившей её тьме Влада.
Глава 13. Признание
Милена очнулась на больничной койке в vip-палате. Ей довелось полежать в больницах, чтобы она могла понять разницу.
Она села и скривилась, почувствовав боль в рёбрах. Подняла больничную сорочку и, как и предполагала, обнаружила малопривлекательный кровоподтёк - анархист дал ей коленом под рёбра, счастье, что не сломал. Ей повезло, что он не использовал против неё дубину, которой ударил Влада.
Правая часть лица тоже ныла. Она слишком хорошо помнила подобные ощущения, чтобы понять, что глаз и скулу украшает багрово-красный синяк.
Золотарёва слезла с койки и не спеша направилась к выходу.
– Милена Сергеевна, - подобрался Макс, стоявший у её палаты. Всё ещё в футболке, порванной на мощной груди и грязных джинсах.
По всему коридору стояли сотрудники службы безопасности президента.
– Где он? – спросила она осипшим голосом.
– В соседней палате, - ответил телохранитель.
– Который час? – тускло спросила она, проходя мимо.
– Пять утра.
– Как остальные?
– Ничего серьёзного, жить будут, - ответил Макс. – И не в таких передрягах бывали.
Милена нахмурилась. Глупо было, наверное, предполагать, что жизнь
диктатора тиха и спокойна.
– И часто? – спросила она, боясь услышать ответ.
– Скучать не приходится, - уклончиво ответил безопасник. – С ним всё в порядке, - почему-то добавил он.
Они оба знали, кого именно имел в виду личный телохранитель президента.
– Спасибо, - сказала она и отворила двери палаты, ступая в царящую в ней полутьму.
Ноги едва не подкосились, когда она увидела бледное лицо Влада. Еле доплелась до его vip-койки и залезла на неё, не соображая, что делает. Просто полежать рядом. Быть как можно ближе. Она легонько коснулась пальчиками его руки, словно боясь, что он рассыплется на мелкие осколки, если она не будет осторожна. Или раствориться как мираж, просочившись дымкой сквозь пальцы. Перестанет существовать. Это было страшно даже вообразить.
– Знал бы, что ты предпочитаешь делить с мужчиной больничные койки, снял бы больницу, а не королевские апартаменты в лучшем отеле Чехии, - тихо заговорил президент, открывая глаза цвета жидкого олова.
Он улыбался.
Его брови привычно нахмурились, когда взгляд скользнул на её синяк на скуле.
– Не делай так
больше, - жёстче произнёс он.
– Да, обычно я защищаюсь от мужчин, а не защищаю их, - попыталась пошутить она.
Суровый взгляд президента не смягчился. Шутка явно не удалась.
В палату вошёл доктор.
Милена попыталась сесть. Медведев коснулся её руки, останавливая порыв.
– Тебе никто ничего не посмеет запретить, - сказал он. – Лежи, если хочешь.






