И тогда я склоняюсь над унитазом. За короткое время мы стали настолько близки, что каждый раз очистив желудок, я сажусь рядом и плачу из-за изнеможения. Собственно, как и сейчас.
Вываливаю то, что съела полчаса назад и подгребаю к стене рядом, подогнув колени к груди и уткнувшись в них лицом. Это становится невыносимым. Жгучие слёзы брызгают из глаз, потому что чувствую себя самой настоящей размазней. Всего неделя, а я уже думаю, как скоро это прекратится.
— Ты не должна делать то, что он захотел, — говорит Алестер, опираясь бедром на дверной проём и сложив руки под грудью.
— Кто и что захотел? — не глядя, бубню я.
— Эйден. Ты не обязана следовать его запретам.
— Он ничего не запрещал.
— Тогда ещё не поздно всё исправить.
Поднимаю голову и стреляю в него лазерными лучами из глаз.
— Я не буду делать аборт.
— Хотела, но не делаешь, потому
что он запретил.
— Потому что я больше этого не хочу!
— Продолжай убеждать себя. Думаешь, что можешь вернуть его или удержать рядом.
Становится ещё тошней благодаря резким словам Алестера, из-за того, что он действительно придерживается мнения, будто я прохожу ад только чтобы удержать Эйдена рядом. Это ранит до глубины души, ведь сейчас я как никогда нуждаюсь в поддержке, а мой лучший друг топит меня, словно не замечает или считает это гуманным способом. Нужно верить в себя, даже если сомневаются окружающие. Я лишний раз убеждаюсь, что осталась одна.
Поднимаюсь с пола и прохожу мимо, не желая терпеть его присутствие ни минуты.
Какой парадокс, некоторые даже не знают, что я и Эйден вообще были в каких-либо отношениях. Нам дали так мало времени вместе, это гложет, ведь тем самым человеком, кто является причиной их завершения являюсь именно я и мои поступки. И чем больше об этом думаю, тем больше голова идёт кругом. Она буквально стала квадрантной, а из ушей валит пар от переизбытка мыслей и терзаний. Я всё ещё сомневаюсь в правильности того, что делаю. В верном выборе. Я не могу верить кому-то, и Эйдену в том числе. Да, он говорит, что будет рядом и будет поддерживать, но веры в его слова вовсе нет. Ещё он говорил, что любит меня, на деле вышло то, что я осталась одна. Когда любят, не отказываются. Наверно, пора завершить, стерев троеточие и поставив окончательную точку. Нет и никогда не будет нас. Есть он и я, которых может связывать только одно: ребёнок. Отныне никаких лживых надежд и самообмана.
Смахиваю остатки слёз и смотрю на браслет, который когда-то должна была подарить Эйдену. Вероятно, я больше не нуждаюсь в нём, пора найти новый оберег и дорогу, где буду реализоваться и выстраивать новую себя самостоятельно.
Первое, что я делаю, перелистываю вакансию за вакансией, чтобы начать со смены работы.






