— Ты думаешь обо мне, Эва?
Ее легкие сдуваются и отказываются наполняться воздухом.
— Сто процентов, тебе это не нравится.
Ладонь Титова прочесывает кору соседнего от нее дерева. Он умышленно тянет время. Наматывает круги, как зверь возле попавшей в ловушку добычи.
Евин большой палец замирает над иконкой «отправить». Закусывая губу, сомневается. И как может, оттягивает момент взрыва.
— Ты думаешь о том, что я сделаю, когда поймаю тебя?
«Я знаю, что ты сделаешь».
— Ты знаешь, что я сделаю.
Телефон Титова сигнализирует о входящем сообщении, и Ева, втягивая носом воздух, заходится в беззвучном истерическом смехе.
Аномальная
: Я рассказала Литвину о том, как ты тр*хнул его сестренку на прошлый НГ. Тебе не приходят его яростные sms лишь потому, что перед этим я покопалась в твоем телефоне и внесла Литвина в ЧС. Добро пожаловать в клуб брошенных друзей, мой сладкий!
— Сука, — яростное рычание Титова разрезает воздух.
А затем, в одно мгновение, все звуки стихают, и мозг Исаевой расплющивает зловещая тишина.
Ей приходится не дышать.
Но неподдающееся контролю сердцебиение перечеркивает все усилия, оглушая ее своим запредельно громким стуком. Не так просто сконцентрироваться, если твой организм сам по себе, без твоего на то позволения, вдруг решил сойти с ума.
«Чертов Титов!»
Только волнения ее оказываются все-таки напрасными, она отчетливо слышит угрожающий выкрик Адама.
— Беги!
Ева врывается в
гущу мрачного леса. Бежит на пределе возможностей, не чуя под собой ног. Задыхается и хрипит от прилагаемых усилий и бьющегося по венам адреналина. Тяжелые длинные волосы взметаются за спиной буйным шлейфом. Тугие ветки то и дело хлещут по лицу. А морозный воздух, раздражая слизистую, полосует горло.
Сердце резко сокращается и едва не взрывается у Исаевой в груди, когда она улавливает позади себя глухие удары мужских ботинок.
Адам Титов. Ее ненавистный враг. Ее любимейший противник.
Он никогда и ни за что не делает ей скидок. Он играет с Евой, как с равной. И он ее, конечно, поймает. Он сегодня ее определенно поймает. Исаева уже это знает. Она этого нестерпимо желает. Погоня — лишь малая часть их сегодняшней партии.
Титов заставляет ее испытывать незнакомые эмоции. Они Еве интересны. Она хочет их исследовать вдоль и поперек. Но врожденная предрасположенность к бунтарству и нездоровому азарту, данным девушке с фатальными излишками, управляет ее разумом и каждый раз склоняет к сопротивлению. Она несется вперед и упрямо обещает себе сражаться до последнего вздоха.
Ева напугана и до нелепого взволнованна, потому что они оба — она и ее преследователь — знают, что этой ночью их жестокая игра модифицирует правила.
Уже что-то изменилось. Это «что-то» Ева пока не понимает. Не способна
осмыслить и дать определение.






