— Или, может, я не услышал этого маленького тихого «пожалуйста»? Повторишь?
Ее возмущенный выдох получается со свистом.
— Ты что, хочешь, чтобы я замерзла насмерть?
— Тебе выбирать.
— Прекрасно, — раздраженно шипит она. Преодолевает небольшое расстояние и дергает брюки на себя. Но Титов не отпускает. — Дай сюда. Обойдусь без твоей помощи.
— Неужели это так сложно, Исаева?
Молодые, гордые и глупые. Самим себе не подчиняются. Руководствуются не эмоциями и чувствами. Дышат друг
другу в лицо адреналином.
— Минут десять назад ты не стеснялась попросить моей помощи?
От свирепого негодования рот Евы распахивается.
— Ты такой придурок!
— Увы.
— Хочешь, чтобы я попросила?
— Ага.
— Тогда, пожалуйста!
Это вовсе не просьба, но Адам довольно улыбается.
Медленно опускаясь на корточки, он помогает Еве одну за другой просунуть ноги в штанины.
Легкомысленно встречает ее смущенный взгляд. Ухмыляется.
Ох, она выглядит чрезвычайно сконфуженной. И, очевидно, всеми силами пытается вернуть себе невозмутимость. В спешке забывая о собственном наблюдении — жаркий румянец невозможно скрыть.
— Это еще не конец.
— Не конец, Исаева.
И они правы.
Это не конец. Только начало конца.
Конец






