— Групповой секс ведь включен в тот тариф, который я уже оплатил, и там достаточно лазеек, чтобы исполнить самые разные мечты, нет?
Он прав.
Но сама я в оргиях участия не принимала и не собираюсь. Как и доказывать что-либо Гранту не буду, тем более что он и не собирается мне верить.
В его голове прочно засел какой-то шаблон, который как раскаленный гвоздь, выжигает всю его симпатию ко мне на корню, и я не знаю, как переубедить его в обратном. И нужно ли?
— Не хотела вас расстроить, сэр. Простите, это была обычная вежливость. Учту ваши пожелания, — мой голос льется мягко, как шелк.
Грант даже поворачивает ко мне лицо.
Растягиваю губы в вежливой улыбке, показывая, мол, отныне я буду улыбаться так широко только ему.
Но он скептически качает головой.
— Также неубедительно, как и твои стоны, Жаклин. Не стоит.
Глава 9
Дом, в который мы приезжаем, вылизан сверху донизу, как мужчина после групповухи, а сверкает так, будто здесь праздновали визит президента, Рождество
и Хануку одновременно.
Ни один особняк, в котором я была до этого момента, не сравнится с этим.
Каждая травинка и капля воды в кристально-прозрачном бассейне кричат об огромным деньжищах, вбуханных в эту недвижимость, но при этом все выглядит парадоксально уютным и простым. Кирпичные стены и огромные окна залиты теплым карамельным светом, а газон так стильно подстрижен, будто им занимались лучшие звездные стилисты. Здесь, как в музее, в котором можно все потрогать, но сейчас делать этого все равно нельзя.
Я должна спешить за Грантом.
Ничто не привлекает внимания Гранта, когда он покидает свой черный внедорожник. Он не оглядывается по сторонам и не осматривается. Идет ровно прямо к дверям.
Я выбираюсь следом и очень стараюсь не глазеть по сторонам, убеждая себя, что это лишь первый вечер и у меня еще будет время все изучить. Конечно, если
мне будет это позволено.
Дом стоит на возвышенности, и терраса у бассейна заканчивается прозрачным ограждением вдоль темного обрыва, со стороны которого доносится размеренное дыхание океана. Побережье хоть и рядом, но скорей всего, далеко внизу, но даже тут горячий сухой воздух пропитан солью.
Через окна во всю стен видно, что внутри горит каждый светильник, а мебель и детали интерьера, как ступени лестницы, тоже подсвечены карамельными полосами.
Разумеется, хозяина ждали. Может быть, Грант, как дракон, решил заползти обратно в ту дыру, где все это время копил свои миллионы.
Какой музыкант может себе такое позволить? И какой смысл в таком расточительстве?
В дом Грант входит первым, я едва поспеваю следом. В доме пахнет деревом, чистотой и солью — часть окон стоят нараспашку, как и стеклянная дверь, ведущая на деревянную террасу у бассейна.
Сам Грант пахнет также или очень похоже, древесная нотка есть и в его парфюме тоже.






