А что последует дальше? Что они рассчитывают получить от этой игры?
Они же необычные, чтобы не сказать прямым текстом — ненормальные. Видимо, им все-таки нужна подобная острота ощущений. Там, на пляже, когда Ева сказала «испугай», а Титов охотно включился — оба это прочувствовали.
Не нужно ничего по-настоящему неординарного. Не нужен никто посторонний. Упаси господи, посторонних в пылу эмоций они способны покалечить. Сейчас оба притворяются, словно других людей в принципе не существует.
Только он и она. Адам и Ева.
Им хочется вытворять друг с другом ненормальные для обычных влюбленных вещи. Адам стремится доминировать над Евой, а она — желает ему подчиниться. Эта формула только между
ними двумя. Минус на минус, чтобы получить жирный плюс.
Ее губы после тихого выдоха приоткрываются и замирают на мгновение, прежде чем с них сходит четкий уверенный посыл.
— Ева Титова. Второй этаж. Я прячусь — ты ищешь.
Довольная ухмылка появляется на его лице. Приподнимая брови, он выпускает девушку из захвата. Она медленно отслоняется от стекла. Неотступно следит за Адамом взглядом, пока не разворачивается у двери, чтобы скрыться в темноте.
Сердце Титова стучит набатом. В горле и в висках. Заходится в безудержном, попросту сумасшедшем скоростном ритме. Мысленно он требует от себя окликнуть Еву. Остановить. Прекратить эту игру на старте.
Но, нет.
Колючая дрожь возбуждения проходит по его телу. Живот стягивает в горячий узел нетерпения и предвкушения.
Выжидает, давая Еве время, чтобы спрятаться. Но терпение и силы — буквально сразу на пределе. Критически. Сжимая кулаки, Титов вдыхает ощущающийся вдруг густым и тяжелым воздух. Крылья его носа трепещут и расширяются, вдох получается глубоким, но кислорода все равно не хватает, словно в помещении он уже на исходе.
Адам пытается
притормозить разгон эмоций. Уговаривает себя не пугать Еву. Сделать эту долбаную игру не слишком дикой. Смягчить свои действия.
Вот только в своих потаенных мыслях он Еву уже доводит до дрожи. До чертового безумного исступления.
Ринувшись вперед, будто невидимая сила подталкивает в спину, Титов выходит в прихожую и направляется прямо к подножью лестницы. Двигаясь в темноте, не испытывает никаких затруднений, связанных с незнакомой обстановкой. Он будто точно знает, куда направилась Ева. Словно она оставила видимые следы за собой. Бесшумно ступая по ковровой дорожке на втором этаже, впервые задумывается, не наградила ли его бабка какими-то дикими потусторонними способностями.
Минуя четыре двери, направляется в самый конец длинного коридора. Тем же странным чутьем знает, Ева именно там. Отворив нужную дверь, на мгновение замирает в проходе. Лунный свет, несмотря на два довольно больших окна, в такую погоду слишком скудно освещает комнату.






