– Дамир! Мы все не так поняли! – яростно затараторила она: – Врачеватель – не один человек! Слышишь? Их двое! Глеб имеет отношение ко всему этому, но он не главный! Он пожертвовал собой, чтобы мы отпустили Ладышева! Понимаешь? Он подставился! Ты же говорил тогда, что все это очень странно, что Глеб слишком умный, чтобы не подчистить за собой! Теперь все понятно, слышишь?! Он и не хотел прятаться! Ответь, пожалуйста, я умоляю! Мне страшно, черт возьми! – Влада бросилась на кухню. Схватила нож
и с силой застучала тяжелой ручкой по батарее: – Он за мной идет, слышишь?! Я вызову полицию, но, если ты не перезвонишь мне через десять минут, а этот урод начнет ломиться ко мне в квартиру, будешь виноват сам!!
Девушка сама не понимала, что несет. Сбросила звонок. Набрала номер полиции и замерла.
Она поняла, что не одна в комнате еще до того момента, как над ухом раздалось мягкое и даже томное:
– Не бойся. Я не сделаю ничего плохого…
Телефон выбили из рук. А Влада не успела даже испугаться – шею пронзил укол, и через мгновение тусклый свет вокруг погас.
44
Кап. Кап. Кап. Кап.
Капли тяжелые, крупные. Cо звоном разбиваются о груду железа в углу, но упрямо продолжают падать.
Кап. Кап. Кап.
Монотонный, удушливый звук, его личный саундтрек. Грустная мелодия, что сопровождает каждый раз, когда он лечит. Он и ей поможет под их унылую песню.
Улыбка тронула сухие губы. Врачеватель знал, что девушка очнулась, хотя веки пациентки все еще были закрыты. Запах страха мужчина чуял, словно сторожевой пёс.
Он поднял голову. Пыльный луч света пробился сквозь заколоченное окно и упал на его смуглое лицо. Врачеватель поднял руку, чтобы перекрыть ему путь и не позволить себя слепить.
Он смотрел на Владу и подмечал тонкие нервные движения. Девушка храбро пыталась скрыть, что пришла в себя, но его было сложно обмануть. Тихо скрипнули зубы – это Влада сдержала болезненный стон,
наверное, у нее страшно болит голова. Наверное, жажда замучила ее, высушила губы и приклеила к небу язык. Наверное, ей больно из-за вывернутых над головой и привязанных к балке у потолка рук. Наверное, жесткие веревки режут кожу на ее запястьях.
Наверное.
Он усмехнулся. Замер, чтобы обмануть её.
Влада тоже замерла. Прислушалась. Шорохи затихли.
Словно сытый игривый хищник, Врачеватель наблюдал, как медленно девушка облизывает губы, а затем приоткрывает глаза. Сначала еле-еле, чтобы убедиться, что рядом никого нет. Затем смелее. Затем жмурится от яркого света и, наконец, распахивает их, чтобы увидеть его перед собой.
Новая волна страха, но она держится. Она смелее, чем прежние его пациенты. Она вызывает уважение.
Интересно, что она сделает сначала? Закричит? Вряд ли. Они далеко за городом, на брошенной стройке, куда уже лет двадцать не заглядывал никто, кроме него. Попросит пощады? Тоже нет.






