Но она сопротивлялась.
– Ты не человек. – губы пациентки побелели. Слова протискивались сквозь сжатые зубы: – Ты хуже зверя! Как это возможно, единственный ребенок…
– Ошибаешься.
О, как давно он мечтал рассказать об этом ей. С самого начала, как определил Владу в свои пациентки, он наблюдал за ними. Смеялся и мечтал, как расскажет об их глупости и самодовольстве.
А она была умной. Не нужно было много слов, чтобы объяснить.
– Не единственный, – добавил он с гордостью, и Влада тут же все поняла.
Замерла. Болезненно сглотнула слюну и выдохнула:
– Глеб…
Врачеватель замер. Веселье накрыло его, и он искренне захохотал. Запрокинул голову и от души смеялся.
А Влада сходила с ума от страха.
– Прекрати! – не выдержав, заорала она. – Прекрати! Хватит!
Нервы сдавали. Девушка задергалась в путах, но лишь сделала себе больно. Снова заскрипела балка. Быстрее закапала потревоженная вода. Зато оборвался смех.
Врачеватель
снова посмотрел на нее и прищурился:
– Ты же любишь смеяться, Влада. Почему не разделяешь мое веселье?
– Повеселишься в аду, скотина, – процедила девушка сквозь сжатые зубы: – Вместе со своим выродком.
– Когда-нибудь, возможно, – равнодушно пожал плечами Врачеватель. – Я приду навестить вас, моих грешников. И там же, в аду, вы будете стоять на коленях и благодарить меня за то, что я отпустил ваши грехи на земле. Что уменьшил мучения за Гранью и не позволил опуститься на самое дно мук. Ты знаешь, что из ада можно вернуться? Можно омыть грехи, отмолиться. И большую часть я отмаливаю на земле за вас. Еще до смерти…
Он с блаженством прикрыл глаза. Собственная вера освещала его разум и, как каждый раз при рассказе о ней, его глаза засветились счастьем.
– Псих…
Блаженство схлынула. Её дерзость начинала раздражать.
– А хочешь, – прищурился он: – я покажу тебе, что у меня осталось? Покажу самый страшный балласт, что тянул всех вас вниз?
Понимание отразилось в ее глазах моментально.
Ну, до чего же умная, Боже. Может, хотя бы она сможет понять?
– Не подходи, – прошипела, обезумев от страха, когда он сделал всего шаг вперед: – Не подходи!!
Он равнодушно толкнул ее, вынуждая развернуться по оси.
Руки вывернулись. Болезненный крик эхом разбился о толстые стены и понесся дальше по пустым коридорам. Он держал ее за спину и не позволял повернуться обратно, с удовольствием ощущая, как от напряжения дрожат ее мышцы.
– Смотри… – прошипел на ухо. –
Смотри же!
Она посмотрела.
Резко отвернулась. И все же заплакала.
– Ублюдок…
Он пожал плечами. Чем, интересно, ей не понравилась его коллекция сердец? Он же так тщательно выбирал емкость под каждое. Придумывал форму, заливал формалином. Расставлял красиво на открытой полке, словно собирал особенный узор.
– Ты не понимаешь.






