ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дикарь, Автор - Князева Мари, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Дикарь Князева Мари Дикарь, Автор - Князева Мари, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Князева Мари Дикарь Глава 1. Тайный сговор отцов У микрофона доктор биологических наук, профессор кафедры антропологии биологического факультета Московского Государственного Университета имени Ломоносова, Лев Алексеевич Виноградов (далее — просто Лев Алексеевич) Мы не виделись и не созванивались с Ильёй Петровичем уже несколько лет — с тех самых пор, как он внезапно и скоропостижно вышел на пенсию, оставив официальную научную деятельность в прошлом, по неясной мне причине. Блестящий учёный-практик, внёсший неоценимый вклад в этнографию малых народов Сибири, проведший в научных экспедициях почти безвылазно около тридцати лет, вдруг потерял интерес к делу всей жизни и тихо одиноко зажил в однокомнатной квартире на окраине Москвы. Я подозревал, что он вряд ли мог совсем забросить свои изыскания, которые в какой-то момент превращаются для истинного учёного (каким, несомненно, и являлся мой добрый друг) в насущную потребность, и, скорее всего, занимается теоретической работой, что называется, "в стол", но не знал этого наверняка. Признаюсь, я винил себя в том, что, живя в одном городе, мы совсем не поддерживаем связь, хотя прежде любили вместе проводить время в прекрасных, насыщ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Душа рвётся от одной мысли, что он заберёт и увезёт её… мою Веронику.

— Рано или поздно, это случится, Лев. Однажды она выйдет замуж, не за этого так за другого, и уедет от тебя.

— Да кто же спорит, Илья! Я это прекрасно понимаю и совершенно готов: как-никак, Нике 24 — было время подготовиться. Но этот итальяшка, чёрт его раздери…

— В самом деле! Итальянец? Наш коллега?

Я безнадёжно махнул рукой:

— Какое там! Непонятно кто, торгаш какой-то. Ника так и не смогла мне внятно объяснить, чем он занимается… Но богат — это факт. Швыряется деньгами так, словно у него их куры не клюют.

— В чём же проблема, Лев? Почему ты не веришь, что он сможет составить счастье твоей дочери?

— Не сможет. Уверен. Объяснить полностью не смогу, только какие-то обрывочные факты. Менталитет, например. Не мне тебе объяснять, насколько разные у нас культуры. Итальянцы — они… их всегда и везде слишком много. Они шумят, орут, машут руками, как сумасшедшие. Они вспыльчивые и излишне эмоциональные, а этот ещё и беспардонный. Сразу стал меня папой называть… ты знаешь, я не терплю фамильярностей от малознакомых людей. И разговаривает со мной так, будто я старый, ничего не понимающий дурак. Я, понимаешь?! Уверен, что у него не больше девяти классов образования, по нашей системе, да и те на сплошные двойки. А ещё он значительно старше Ники — ему явно под сорок. Он молодится, носит какие-то нелепые костюмы, но возраст так легко не спрячешь… Короче, сплошное недоразумение, а не зять. И, разумеется, он намерен увезти Нику к себе в Италию. Как она там будет, бедняжка — не

представляю. Языка не знает, совсем одна с этим… прощелыгой!

— Ника не говорит по-итальянски? — удивился Илья. — Как же она с женихом общается?

— Учит, — бросил я нехотя. — А он что-то там по-английски знает… но даже по сравнению со мной — чисто символически.

— Чудеса, — покачал головой мой старый товарищ. — И как ты намерен решать эту проблему?

Я потупился, ощущая лёгкое, непривычное для себя смущение.

Глава 2. Моё большое

итальянское счастье

У микрофона дочь профессора антрополога, спортивная журналистка Вероника Львовна Виноградова (далее — Вероника)

Это было совершенно не в моём характере — так бесшабашно влюбиться в малознакомого мужчину намного старше меня и почти не говорящего на понятном мне языке. При том, что более или менее знала я их целых три: русский, английский и немецкий. Батюшка настоял. Сказал, каждая приличная, уважающая себя профессорская дочка должна говорить не менее, чем на трёх языках — иначе бросит тень на венценосного родителя. Поэтому, помимо музыкалки и секции тенниса, я всё детство ходила в языковую школу, да не абы какую, а самую лучшую — разумеется, на другом конце Москвы. В метро пристрастилась к чтению.