Во всяком случае, это точно не в моей власти.
«Что еще
не так, как я об этом думаю? Кто еще не такой, каким мне кажется?»
Почему-то от этих мыслей становилось тягостно. Как будто рушились сами основы всего того, что я знала. Возможно, Сокол прав, и законы предков — только глупые выдумки. Или, наоборот, в них заложен глубинный смысл, недоступный нам? Как узнать?
Я решительно выпуталась из-под одеяла и скинула ноги с кровати — не самый лучший момент для размышлений о таких тонких материях, ведь мне еще нужно много чего приготовить к предстоящему обряду бракосочетания.
Может быть, я многого не знаю, зато уверена в одном: Сокол — мой суженый.
Этот день и вся следующая за ним неделя выдались томительными и долгими, так как я считала дни до седмицы — дня, на который была назначена свадьба. А сидение за плетением обрядных венков и вышивкой сорочки для жениха, хоть и занимало все мое время, только сосредотачивало меня на мыслях, что назойливо вертелись в голове: про первую брачную ночь да про нарушенный прежде обет, про мамины слова и про Калину — эти мысли вклинивались даже во сны, и спала я тревожно и
мало.
Глава 4
Сокол, то ли к счастью, то ли как на зло, не появлялся — с одной стороны, мне бы, пожалуй, было неловко смотреть ему в глаза, а с другой — мне отчаянно хотелось узнать, что с ним, все ли в порядке после «проклятья» старой ведьмы. Но он все дни проводил на другом конце села, куда мне повода сходить не было. Оно и понятно, у него дел было, пожалуй, даже больше, чем у меня — он с друзьями возводил свадебный шатер, в котором должна была состояться сама торжественная церемония, а после нее планировался обед для всех жителей села, а для молодежи еще и танцы.
По правде сказать, в таком мероприятии, как свадебный обряд, были заняты практически все от мала до велика. Мужчины помогали возводить шатер, отправлялись на охоту за зверем и птицей, на рыбалку — за карпами и щуками, сбивали столы и лавки, на которые сядут гости. Женщины готовили украшения для шатра, подрубали скатерти, а ближе к самому знаменательному дню — готовили яства, снеди, мед-пиво. Даже дети и те, чем-то помогали: дров да воды наносить, сбегать, принести, подать, не мешать.
Свадебный наряд мой был готов давно — на меня перешили платье, в котором замуж выходила моя мама. Я же сама расшила его подол и лиф синим узором из васильков, им же
украсила и край фаты.
Именно этот узор я сейчас вышивала на рубашке жениха, нетерпеливо поглядывая за окно — когда же уже начнет смеркаться, чтобы еще на один день стало ближе к седмице. Я слышала, как во дворе звонко щебечут мамины подруги, пришедшие помогать с подготовкой — в этот момент они ощипывали фазанов, принесенных охотниками — они смеялись и шуточно переругивались, как всегда подначивая друг друга.






