Папа поддерживает и помогает разуться. Наконец, моя комната.
Пью воду и забираюсь в постель. Закрываю глаза. Отец оставляет меня одну, попросив попытаться поспать. Обезболивающее должно подействовать. Вот–вот, надеюсь.
Но уснуть не удается. Я крепко зажмуриваюсь и считаю удары сердца. Мне холодно и одиноко. Очень одиноко. Я вспоминаю, как в тот день быстро прилетел Матвей. ЕГЭ сдается в чужих школах, как повезет. И мы с ним писали на противоположных концах города. Он сдал свой экзамен и пулей ко мне! Хотя его одноклассники собирались вместе и отмечали. Он встретил меня у выхода и отвез домой. А потом был рядом до ночи, пока не вернулся отец и не выгнал его.
Открываю глаза резко, услышав громкий знакомый голос:
– Я просто хочу ее увидеть. Пожалуйста.
Волна жара прокатывается по коже. Аж волоски дабом! Матвей говорит громко, но по тону понимаю — максимально терпеливо.
Старается.
Дух захватывает. Я знаю его расписание наизусть. Бросаю взгляд на часы — у него должны были быть пары. Что он здесь делает?
– Юля спит, и я не буду ее будить, – на тон ниже говорит отец. – Матвей, я передам, что ты приходил и эклеры. Спасибо за вещи. Всё, езжай.
Я не спала. Боль такая сильная, что в забытье уйти не вышло. Я вспоминала, как Дом меня жалел. Мне было одиноко.
– Я просто посмотрю
на нее одним глазком, – просит Матвей.
– Нет.
– Пожалуйста. Я не видел ее с субботы. Я... очень вас прошу. Я на цыпочках.
Мурашки по коже от его тона.
– С субботы? Это когда вы поругались и ты вылетел, как безумный?
– Да и мне стыдно. Мы поругались, я виноват. А сегодня ей стало плохо, и она даже не написала.
– А кто в этом виноват?
Папа, блин!
Я зову:
– Пусть зайдет! Пап!
Выходит тише, чем планировала. Пульс ускорятся. Я вдруг понимаю, что мне нужно сейчас.
Он.
Мой Матвей рядом. Да, это определенно очень сильно облегчило ситуацию.
– Матвей! – кричу громче.
– Не знаю, – говорит Матвей. – Может и я. Ну не могу я так, Виктор Арсеньевич. Мне надо ее увидеть. Я никуда не уйду. Выгоните — буду сидеть на ступеньках.
– У тебя по расписанию пары. Езжай на учебу. Вылетишь, кому ты нужен будешь?
– Пока ее не увижу, никуда не поеду.
– Вот что с тобой делать?
Никак не могу найти телефон. Кое–как, Господи помоги, присаживаюсь. А потом встаю на ноги. Дальше по стеночке, по стеночке. Голова кружится и тошнота подкатывает.
Мужчины! Самые мои важные и любимые. Ну что они так меня мучают?! Еще хуже ведь делают!
Открываю дверь и выхожу в коридор, машинально прижимая руку к животу и держась за косяк.
– Давайте я за лекарствами сбегаю, и вы меня... – говорит Матвей, но осекается на полуслове, увидев меня.
Наши глаза встречаются. Сердце пускается вскачь, а перед глазами снова темнеет.
Глава 9
Матвей
Есть
у меня один бесценный дар — я умею успокаивать людей. И больших и маленьких.






