Юльку твою позовем, если у тебя только на нее встает. Понял уже, что проблемы у тебя с этим делом и другими бабами.
Склоняю голову набок.
– Ха–ха. Ты мне в прошлый раз что сказал? Что всё под контролем, а телка эта мне на шею при Юле кинулась. Прекрасно было.
– Ну кто ж знал. Сорри. Матвей, деньги – это вообще не проблема. Ва–ще! Как пришли, так ушли. Похрену, никто их считать не будет. Ну ты же меня знаешь.
– Ты за рулем? Если нет, то на моей поедем.
– За рулем.
Мы идем в сторону раздевалки, Захар
никак не заткнется:
– Блть! Мы же друзья! Ты сиротка, родаков нет, я понимаю. Если я говорю, что угощаю, значит, не жалко. И уж точно не накладно.
Он снова пытается купить себе друзей. По привычке, потому что иначе у него картина мира не складывается. Вот только со мной это не работает. Поначалу эта его потребность заплатить бесила ужасно, но со временем я примирился. Он так привык с раннего детства. Ему просто нужно делать скидку, как болезным. Ну и присматривать, чтобы не вляпался.
– Знаю, Захар. Спасибо большое, но за Юлю буду платить я, – объясняю очевидные вещи. – А не ты. И это не обсуждается.
– Ты ведь не думаешь, что я на бабу твою глаз положил? Потому что если да, мне это пздц неприятно. И деньги, что ты за коктейль тот перевел, меня обидели. Я пригласил, я угостил. Всё.
– Захар, если бы ты на нее виды имел, мы бы сейчас по–другому разговаривали. Она — моя девочка. Твою щедрость ценю, но не надо больше. Окей?
– Окей.
Расходимся в раздевалке. Сантехнику здесь починили, но сегодня снова что–то сломалась, поэтому душ выходит ледяной и особенно бодрящий.
Едем на двух машинах в сторону СТОшки, что расположена на краю города. Куда и должны вот–вот отбуксировать тачку, что я купил. На деньги Захара, разумеется. Вот такая схема. И нет, это не первая наша авантюра. Зато в перспективе самая прибыльной.
Бросаю взгляд в зеркало и вижу новенькую бэху Захара. Одна из машин его отца, которых у них целый гараж. Чем занимается его папаша — вопрос, который обсуждать не принято. Но эта деятельность занимает крайне энергозатратная. Потому что у Захара свободного времени еще больше, чем у меня, живущего с бабулей–одуванчиком.
Мы пересеклись впервые в августе перед первым курсом на отработке. Что–то
там на территории универа мели и красили. Захар показался клоуном на понтах, и я решил держаться от долбаного мажорчика подальше. В первый же день он позвал всю группу в бар, накормил, напоил, а кого–то с потока даже поимел. Ходят, правда, легенды кого. Он каждый раз называет новое девчачье имя. Мне казалось, что я вижу его насквозь — пустой папенькин сынок. Пока не случилось следующее.
Юля не знает, но у меня в тумбочке лежит ее серебряный кулончик со знаком зодиака. Она купила его в десять лет на деньги, которые долго копила.






