Не ватных ногах я добрела до своего этажа, потом комнаты. Не обращая внимания на непривычную тишину в блоке легла на диван и, в полной уверенности, что не уснуть мне после случившегося теперь вообще никогда в этой жизни, моментально вырубилась.
***
Проспала я, страшно подумать, до двух часов дня. Перебарывая привычную брезгливость, приняла общий на блок душ, что-то поела, полистала новостную ленту в соцсетях.
В душе творился полный раздрай: от невероятной неги, до гнетущего страха, что произошло непоправимое.
Это я его склонила. Соблазнила. Он был пьян! Не мог он в трезвом уме позариться на такую как я – и прочее в том же духе. Поверить в то, что я привлекла его настолько, что он действительно захотел меня поцеловать, я поверить не могла. Ну не получалось!
Что теперь будет? Изменит ли это что-нибудь? И в какую сторону?
И почему он так стремительно ушел?
Признаться, я малодушно гипнотизировала мессенджер, ожидая от него хоть коротенького сообщения, но он так ничего мне и не написал.
Не знаю, как я дождалась утра второго числа. Проснулась раньше будильника и, наскоро собравшись, поехала на работу.
Я понятия не имела, что ему сказать, как ему вообще теперь в глаза после такого смотреть. Он же наверняка жалеет о содеянном. Но твердо решила, что мямлить и тушеваться не буду. Что сделано, то сделано, назад дороги все равно уже нет.
Не встретив, к счастью, на рабочем месте Валеру, доехала на лифте до этажа Романа. Тихо, насколько это возможно, открыла дверь квартиры и сразу же его увидела…
Часть 22
***
Я не находил себе места. В буквальном смысле этого слова.
Зачем?
Вот зачем я ее вернул? Зачем поцеловал?
Я думал только об этом, когда с совершенно чумной головой брел от ее подъезда до своего дома. Я мог бы вызвать такси, но не стал этого делать, хотелось проветрить голову. Было морозно, но тело словно горело, качая по венам колючий адреналин.
Я шел и ругал себя последними словами, ведь то, что произошло, допускать было никак нельзя.
Нельзя приближать ее к себе, нельзя! – именно это крутилось в голове с первого момента нашей встречи. Я понимал, чем это в итоге грозит и осознавал все риски, но все равно зачем-то предложил ей работу. Ну не мог я вот так, просто, словно ничего не произошло, вычеркнуть ее из жизни! Я уже сделал это когда-то и теперь меня сжирало чувство неискупляемой вины.
Все вышло до безобразия банально: сначала, после случившегося, я исправно следил как она и перечислял ежемесячно деньги на ее счет. Да, после содеянного этого было недостаточно, но на большее в силу возраста я просто не был способен. Меня волновала судьба этого ребенка, искренне, но потом рутина взяла свое: внезапная смерть отца, навалившиеся обязательства по бизнесу, незаконченная учеба, мать, которая сильно сдала.






