Тошнота от этого открытия была ядовитой, и я едва сдержалась, чтобы не вскочить на ноги, закрывая лицо руками.
Не удержалась
бы, если бы не его взгляд, которым он снова окинул меня в этот раз как-то лениво и задумчиво, словно я была открытой книгой, которую он читал за неимением ничего другого более интересного.
– Уходи, - вдруг проговорил он, чуть прикрывая свои ужасные глаза пеленой ресниц, на кончиках которых дрожали блики пламени костра, но продолжал наблюдать за мной пристально и тяжело, когда я ахнула, вскакивая со своего места:
– Но как же бабушка! Ведь я преодолела все это ради…
– Уходи!
– рявкнул он так, что волосы встали дыбом, и ей-богу я заработала не один седой волос, бросившись прочь от костра, от него и этого леса, молясь только об одном – чтобы он не последовал за мной!
Всхлипывая и почти подвывая от шока, я барахталась в снегу, пытаясь проложить себе дорогу обратно, кожей ощущая, что он рядом, но боялась обернуться.
Словно сам лес тянул
меня обратно, к нему, на ту поляну, не давая возможности выбраться на свободу, и топя в белоснежном покрывале, который мог стать моим вечным саваном.
Только я не сдавалась, продираясь сквозь ветки и снег из последних сил, ощущая во рту горечь и вкус крови.
Оставался последний рывок до кромки черного леса, где была невидимая линия добра и зла, черного и белого, когда я ощутила, что меня легко подбросили в воздухе, заставляя вскрикнуть, и горячие сильные руки сжали, держа буквально на весу.
Я знала, что все это время он шел за мной.
Играл и наслаждался моими попытками сбежать от него и страшной участи остаться здесь навсегда, где моя душа больше не сможет найти покоя, а кровь украсит символами новые столпы его жилища.
– Желание на желание, помнишь?
– проурчал его голос надо мной, пока я пыталась барахтаться в ручищах, что держали меня совершенно не напрягаясь, словно я была всего лишь котенком.
Его дыхание было так близко, что мои волосы разметались на затылке.
– Мое желание ты не исполнил!
–
вскрикнула я, а он расхохотался, снова подбрасывая меня вверх и ловя теперь так, что мы оказались лицом к лицу, проурчав низко, сладко и чувственно:
– Тогда и мое желание ты исполнишь лишь малой частью. По крайней мере, сейчас.
Я ожидала от него что угодно - что он вгрызется в мое горло. Что задушит, или вырвет руки.
Но только не того, что он вопьется губами жадно и горячо, заурчав в мой рот от блаженства.
Он не давал опомниться от шока, когда горячий язык скользнул между моих губ, завладевая и повелевая.
В какой-то момент я даже обмякла от неожиданности, распахнув глаза, и видя его - синие-синие, словно окунулась в ледяное озеро, задохнувшись оттого, что сполна ощутила аромат его тела и вкус на собственном языке.






